Какая же она ладная, идеальная…
— Хорошо. Добавь ещё один прибор, зайка. Сергей останется с нами на ужин.
— О, — она скользит по мне взглядом — ровно таким, как в клубе, изучающим, цепким. Кивает, и её длинные светлые волосы чуть подпрыгивают на плечах. После она исчезает за дверью, оставляя в воздухе лишь тонкий шлейф духов.
"Зайка", значит.
— Кстати, по поводу Лерки, — Павел усмехается, когда за дочкой закрывается дверь. — Возьми её на стажировку. Ей дома и на подработках делать нечего, а у тебя работка поинтереснее. Да и по образованию совпадает. Сможешь?
Лерка.
Лера.
Горячая нимфа, доведшая меня до бешенства этой ночью, оказывается… его дочкой.
Что смогу? Натянуть её на своем столе? Смогу. Трахнуть в офисном туалете? А то! Намотать на кулак её волосы и снова увидеть её губы на своём члене? Бля, я этого хочу уже сейчас.
— Конечно, — голос звучит ниже, чем обычно, с хрипотцой, выдавшейся из-за предательского кома в горле.
Пока Павел улыбается, ничего не замечая, я снова вспоминаю её — как эти тонкие пальцы скользили по моей груди, как мягкие волосы щекотали плечи, когда она выгибалась подо мной, как её губы шептали что-то несвязное…
Чёрт, я должен собраться.
— Пусть завтра приезжает ко мне, — добавляю, собирая всю свою выдержку в кулак.
— Точно? Я тебе не добавлю проблем? — Павел щурится, явно колеблясь.
Если бы ты только знал, какие именно проблемы уже создал…
— Нет, — выдыхаю, натягивая на лицо уверенную, спокойную маску. — Мне нужна помощница. Возможно, если она станет справляться, я возьму её… на постоянной основе.
На постоянной основе…
И так возьму. Я хочу её. Снова. Сильно.
Мы с Павлом спускаемся на первый этаж, и с каждым шагом по лестнице мысли всё больше зацикливаются на ней.
Она теперь не убежит.
От этой простой мысли в груди растекается глухое, пульсирующее предвкушение, а тело будто вспоминает каждое прикосновение её горячих губ и шелковистой кожи.
Чёрт, я давно так себя не чувствовал. Наверное, с тех пор, как потерял голову по одной невероятной крошке — тогда мне казалось, что это всерьёз. Но она любила другого. Других. Я дал ей шанс быть счастливой с теми, кто ей действительно был нужен.
И знаете, ни о чём не жалею. Яна счастлива. Мне же только в радость в очередной раз задрачивать её мужиков и при каждой встрече ухмыляться: "Я всё ещё жду." Чтоб не расслаблялись.
— Присаживайтесь, — голос жены Павла выдёргивает меня из мыслей. Она сдержанно указывает на стул, и я присаживаюсь, чувствуя, как в груди приятно сжимается от очередного взгляда на её дочку.
Лера сидит напротив, её волосы мягко рассыпались по плечам, а на губах замирает лёгкая улыбка. Она выглядит так невинно и спокойно, но я-то помню, как эти губы звучали ночью совсем иначе…
— Так хорошо, что сегодня мы ужинаем не вдвоём, — вдруг говорит Павел, тепло глядя на дочь. — Почаще бы ты приезжала, крошка.
Крошка.
Интересно, как он отреагирует, если узнает, что эта крошка прошлой ночью царапала мне спину, умоляя не останавливаться?
Наверное, мне хана. Мне и нашему контракту.
— Папуль, ну что ты начинаешь? — Лера отводит взгляд, её ресницы дрожат, когда она подтягивает коленку к груди и делает глоток вишнёвого сока.
Она выглядит почти безмятежно, но я-то помню, как эти губы дрожали от совсем других звуков.
— Я сейчас ищу работу, к тому же, ещё не все хвосты подтянула после дипломной работы… — продолжает она с деланым спокойствием, не глядя в мою сторону.
Но я вижу. Чувствую, как напряжённо она сжала пальцы на стакане, как голос чуть дрогнул.
И вот она, наконец, бросает на меня быстрый взгляд — всего на секунду, но её уверенность тут же тает. Глаза расширяются, губы чуть приоткрываются, и я замечаю, как она нервно сглатывает.
— Я, кстати, нашёл тебе работу, — разряжает обстановку Павел, улыбаясь дочери. — Если ты, конечно, согласишься. Сергей занимается рекламой, может взять тебя на испытательный срок.
Что?
Я?
Я — да. Могу… взять.
Очень даже взять.
Господи, как же давно меня так не шарашило. И давно я не думал одним членом. Словно мне снова восемнадцать и я хочу трахать всё, что движется. Только сейчас… Сейчас я хочу конкретно её. И не понимаю — почему. Она кажется сейчас очень… Славной, милой и доброй. Таких не пользуют на один вечер и с такими не знакомятся в клубе.