– Стефан, – она коснулась его щеки рукой, он перехватил ее только для того, чтобы поцеловать ладонь.
– Все так запутано, – прошептала Энн. – Я так хочу, чтобы ты остался, но это невозможно, да ведь? Я понимаю и все же.
– И я не хочу уходить, Энн, моя Анька. Я не надеялся, что увижу тебя снова, – он притянул Энн к себе и поцеловал, глубоко, страстно. От его поцелуя тревога в сердце Энн если и не пропала, то стала меньше. Рядом с ним, вопреки всему, ей верилось, что все как-то наладится.
Они ушли, Вики на прощание одарила ее взглядом, от которого неверующей Ане захотелось перекреститься. Она уложила сына, поцеловала на ночь мать. Готовясь ко сну, глядя на свое отражение в зеркале, читая новости и просматривая ленту Инстаграма, она все равно нет-нет и вспоминала жуткие кадры, на которых Стив становился зверем. Она отбросила телефон, закуталась в одеяло. Захотелось доказательств? Получи! И теперь не жалуйся.
Минуты текли ужасающе медленно, стоило Энн только задремать, как она просыпалась с колотящимся сердцем, садилась в кровати.
Утром она спустилась на кухню первой, но Элен появилась почти следом за ней.
– Бог ты мой, ты что вчера пила? – Элен подцепила ее подбородок и покрутила голову так и сяк. – Ты выглядишь как любимые Эдом зомби! Так, я позвоню отцу, скажу, что ты сегодня не придешь, и не спорь со мной!
Энн и не собиралась спорить – сил не было.
– И Эда в школу отвезу.
– Может не надо? Пусть сидит, он мне не помешает…
– Нечего! Пропускать школу без причины плохая идея. Иди в постель. Эд еще не встал? Интересно, как вы без меня справлялись? Мне каждый раз кажется, стоит вас оставить, и вы обязательно попадете в историю!
– Нам и твое общество не помешает в истории попасть, – проворчала Энн и поднялась к себе, рухнула в постель и почти сразу задремала, словно успокоенная тем, что на дворе уже день и вокруг суетятся нормальные люди.
Она сквозь сон слышала, как на цыпочках зашел Эд, постоял недолго и ушел. Энн вяло подумала, что нет особой надежды, что он не будет хвастать в школе своим амулетом.
С ним все будет хорошо, все будет хорошо, – повторяла Энн, пока не уснула. Ее разбудил звонок Стива.
– Как ты?
– Не очень, решила в честь всех этих событий на работу не ходить, – она потянулась и зевнула.
– Я в курсе, твой отец звонил.
– Скажи честно, у нашей фирмы есть хоть какие-то шансы не быть для тебя убыточным проектом?
– Само собой. И не думай об этом, поверь, еще не таких вытягивали. Но без реорганизации не обойтись, только займемся этим чуть позже.
– Да, конечно.
Они помолчали.
– Я могу навестить тебя?
– Сейчас? – Энн посмотрела на себя в зеркало. – Мама сказала, что я похожа на зомби и она мне еще польстила.
– Ну и что? Пустишь? Я привезу мороженое.
– Приезжай. Против мороженого я устоять не могу.
– Буду через час, не позже.
Она соскочила с кровати: радость от предстоящей встречи перекрыла все страхи, заставила забыть те ужасные кадры. В конце концов, сейчас он – просто человек, просто мужчина, к которому она испытывает…
Любовью эти чувства она называть не спешила – слишком много событий, слишком все необычно и стремительно, но эта была тяга, невозможная тяга. Он был тем мужчиной, которого ей хотелось узнавать, с ним ей бы хотелось планировать будущее. Не любовь? Тогда что?
Энн умылась ледяной водой, приняла душ и вымыла голову, быстро прибралась, отнесла разбросанные Эдом и матерью вещи в их комнаты, заправила кофеварку. Она то и дело посматривала на часы, Стив приехал через сорок минут.
Она думала предложить ему кофе, представляя, как они будут сидеть за столом и болтать, но стоило им переплести руки в прихожей, и оба поняли, что ни о каком кофе и разговорах речи идти не может. Он поцеловал ее в щеку, в губы, еще раз – более страстно, снова и снова, она обвила его шею руками, пытаясь прижаться к нему как можно крепче. Он подхватил ее, как когда-то давно, на руки и отнес на кровать в ту самую гостевую, в которой они разговаривали вчера.
Она могла думать только об одном – наконец-то они вместе. Можно было не сомневаться, не гадать, он хотел ее так же, как она его и его прикосновения заставляли ее задерживать дыхание от невыносимого восторга. Как же она жила все это время без него? Зачем пыталась найти замену? Почему думала, что какой-то другой мужчина может подарить тень вот этого удовольствия? Почему не догадывалась, что секс – всего лишь попытка стать хоть на какие-то мгновения единым целым.