Она могла бы простоять так долго, но раздались шаги Элен, поднимающейся по лестнице, и Энн поспешно скрылась в своей комнате. В полночь Энн все еще не спала, чутко прислушиваясь. Все было тихо и Энн наконец задремала и проснулась от тихого, но отчетливого: «Мамочка!»
Глава 7
Сан-Франциско, 31 января 2018 года
– Привет! – Стив вошел в дом, скинул кроссовки и прошел в кухню, Вики, встретившая его хмурым взглядом, пошла за ним.
– Жрать хочу.
–Не удивительно. Ты бы у нее, так?
– Вик, ну только не тон сварливой мамаши. Да, я был у нее, – и он широко улыбнулся. – Господи, как хорошо!
– На ужин будут лимоны. Блюдо лимонов.
– Ты обещала стейк, хорошо прожаренный стейк. Лучше два.
– Обойдешься.
– Почему это?
– Слушай, у нас куча работы, ты велел готовиться, я вывожу активы в офшоры на всякий случай, у нас в работе два слияния и еще эта фирмочка твоей Энн, а ты решил заняться личной жизнью. Да, знаешь ли, я недовольна!
– Если я скажу, что мне стыдно?
– Я тебе не поверю, у тебя такая довольная рожа, что тошно. И меня беспокоит это твое щенячье настроение! Чего ожидать еще, ну?
– Мне надо будет уехать, – Стив включил чайник и открыл холодильник.
– Уехать? Ты сказал – уехать? С ней? – Вики резко захлопнула дверцу холодильника. – Без меня?
– Ты сама говоришь, что тут куча дел, и ты отлично справишься без меня. Я хочу попробовать еще раз найти ту старуху. Я устал себя ломать, я хочу стать обычным человеком и я хочу, чтобы Эд стал нормальным парнем. Ладно, я почти смирился, что такой вот, но Эд… Мы поедем с Энн, почему-то мне кажется, что с ней у меня все получится.
– Ты влюбленный идиот, Стив! Кажется! Именно – кажется! Ты просто хочешь уехать с ней, чтобы никто не мешал трахаться всласть!
– Даже если так? – сказал он спокойно.
– Я думала, ты умнее и сильнее, – с отчаяньем выкрикнула Вики, – я думала, что ты не такой как все, но нет, появилась эта Энн и ты стал… ты стал как все!
– Если б я стал как все, – хорошее настроение Стива испарилось. – Мне надо поесть, время к ночи и я начинаю злиться. Давай не испытывать судьбу?
– Сейчас, подожди, иди в комнату, я принесу. Нечего тебе смотреть на мясо с кровью, – недовольно проговорила Вики.
Стив ушел в комнату, где ему предстояло провести ночь. Небольшая, без окон и мебели, ковер, подушки, несколько книг, если будут силы и желание. Он лег на пол, положив подушку под голову, и закрыл глаза. Анька… он видел ее как наяву, он все еще чувствовал ее запах, слышал ее голос. Подумать только, девять лет! Он вроде и думать о ней забыл, но стоило увидеть – на фотографии, как чувства вернулись, а когда он увидел ее в офисе… Вот так и начнешь верить не только в магию, но и в то, что есть половинки души. Он улыбнулся. Надо пережить эту ночь и дай Бог, чтобы у Энн с Эдом все прошло спокойно, как обычно. И тогда можно будет уехать с ней в Польшу, как же давно он там не был! От воспоминаний – на этот раз о Венсерах, стало тоскливо. Вики была права, шансов на успех было немного, но он должен был сделать хоть что-то, если не ради себя, то ради Эда. Сын часть его, удивительно похожий на него сын…
– Еще не спишь? Твои стейки готовы! – Вики встала в проеме двери. – И если ты не перестанешь так улыбаться, я огрею тебя сковородкой!
***
Сан-Франциско, ночь с 31 января на 1 февраля 2018 года
– Мамочка!
Энн вскочила с кровати и бросилась к сыну, застыла перед дверью, а потом решительно распахнула ее и влетела в детскую. Эд сбросил одеяло и беспокойно метался по кровати, медальон на его груди налился холодным серебристым светом. Энн закрыла дверь, подошла к кровати сына, тихонько села и взяла его за руку.
– Мамочка! – он тихонько захныкал, застонал, и его стон так напоминал скуление щенка.
– Тихо, тихо, сынок, – Энн взяла его на руки и стала петь едва слышно колыбельные, которые пела, когда он был малышом: – Спят усталые игрушки, – слезы подступали к слезам, горло сдавливало спазмом, но она пела и пела. Эд прижался к ней крепче и Энн подумала, что впервые жалеет, что не знает молитв. На каком-то сайте, пока она искала информацию об оборотнях, Энн вычитала, что молитвой можно помочь тому, кто стал оборотнем в результате проклятья. Возможно и Эду было бы легче. Но она не знала молитв и поэтому продолжала петь, раз за разом, по кругу, про уставших игрушек и звездных медведей.
Небо стало розоветь, и Эд наконец-то задышал спокойно и ровно. И тогда Энн заплакала и плакала, пока не уснула рядом с сыном.