– И Доман…
– И Майер, – перебил Джона Алан, – да. Соберите о нем наиболее полную информацию. И, я надеюсь, конфиденциальность…
– Как всегда на высоте.
– Я буду щедр с тобой, ты знаешь. И передавай привет своей жене, она отлично показала себя на охоте. Мне нравится твой выбор.
Джон довольно улыбнулся и вышел.
Алан встал и задумчиво прошелся по комнате, подошел к окну и стал смотреть на лес. Он проигрывал все возможные варианты, обдумывал дело так и эдак, вспоминая все, что было рассказано о выбранных им мальчишках. Ошибиться в таком деле было нельзя. Ему нужен был сильный и умный преемник, а еще такой, который будет предан. Далеко не из всех мальчиков вырастают вожаки – что у людей, что у волков, что у оборотней. Надо было позвонить ведьме, у ведьм больше опыта в таких делах. Алан нахмурился, возвращаясь к столу.
Он взял папку, в которой было дело Эда, и вытащил фотографии Энн, на которой она стояла около машины. Фотография была крупной, а обтягивающее платье давало возможность оценить ее фигуру.
– Превосходно, превосходно, – пробормотал Алан. – Именно так, как я люблю: тончайший слой нежнейшего жирка поверх упругих мышц, – он улыбнулся и медленно облизал губы.
***
Сан-Франциско, 5 февраля 2018 года
Элен смотрела на Эда, который был непривычно тихим и спокойным. Она привыкла к другому внуку, хоть и любила его без меры и вполне с ним ладила, но ссоры у них были первостатейные: Эд всегда показывал характер и всегда стремился настоять на своем. И очень редко сидел вот так – в своей комнате. На полу, уставившись в окно.
– Что случилось, милый? – Элен села рядом с ним.
– Мне кажется, – запинаясь, сказал он, – что… – он потер лоб ладошкой. – Я не знаю.
– Ты не заболел, часом? Говорила я твоей матери, что есть мороженое в таких количествах нельзя зимой! И Стив хорош! Нельзя с ними ребенка оставить ни на минуту!
– А мы и не ели, – Эд вздохнул. – Мне душно. И мне, кажется, надо во двор.
– Не придумывай. Максимум – я приоткрою окно. Во двор! Пора спать, завтра в школу, мне на работу. Ложись, ложись.
Эд послушно залез на кровать и опять уставился в окно. Элен поежилась. Было такое ощущение, что Эд кого-то ждал и, любительница фильмов ужасов, Элен, как назло, вспомнила жуткие выдумки про вампиров. Вопреки здравому смыслу ей захотелось закрыть окно, а еще позвонить бывшему мужу и потребовать, чтобы он приехал.
– Ерунда какая, – прошептала Элен, включая ночник, – давай почитаем? О чем-нибудь веселом? А то эти твои зомби на меня плохо влияют…
***
Пригород Сан-Франциско, 7 февраля 2018 года
Алан прикрыл глаза. Женщина, лежащая рядом, томно застонала:
– Все черти ада! Сколько мы с тобой знакомы, а ты не перестаешь меня удивлять! Что это на тебя нашло?
– Да так, – Алан сухо улыбнулся. Он не был в таком же восторге, как его партнерша. Увы, суррогат – всегда суррогат. – Я к тебе, страстная моя, по делу.
– Вот как? Жаль, жаль портить такой романтичный вечер делами, но я не в обиде, – она встала, потянулась, специально демонстрируя безупречное тело. О, если бы Алан не знал, сколько ей лет на самом деле и чего стоит выглядеть долгие столетия – двадцатилетней.
– Мне нужен ребенок, мальчишка, мне нужен преемник – в обозримом будущем. Посмотри, я принес кое-что. Хочу услышать твое мнение.
Она, как была, голая, взяла со стола папки и стала просматривать. Застывала над каждой фотографией, прикрыв глаза, потом листала дальше. Алан с интересом ждал, стараясь не думать о том, что хочет получить определенный ответ.
– Итак? – не выдержал он.
Она сложила бумаги обратно на стол, задумалась.
– Зачем тебе это, Алан? Тебе еще жить и жить, успеешь обзавестись и собственным волчонком.
– Успею, да не хочу. Пеленки и вот это вот все. Так кто же?
– Не связывайся с Доманом. Хотя ты же не послушаешь?
– Ну почему же? – Алан не собирался делиться с ней своими мыслями, хватит с нее его желания, которое, в преддверии грядущей схватки с Доманом, становилось острее.