– Пойдем. К вечеру будем в Варшаве. Мы хотели остаться до субботы, но…
– Я хочу побыть с тобой, но я хочу домой. Я хочу домой с тобой.
– Давай поженимся? – он усадил Аню в машину, но не торопился закрыть дверцу. – Ты согласишься?
– Где, тут? – Аня даже забыла, что она боится. – В лесу? То есть, я согласна, но…
Стефан рассмеялся:
– Я понимаю, каждая девушка хочет настоящую свадьбу, чтобы платье, торт, лимузин и прочие милые пустячки, так?
– Нет, не каждая, но не рассказав родителям и Эду, жениться… это неправильно.
– Может ты и права. А про то, кто я на самом деле, будем рассказывать?
– Мне кажется, без этой информации они проживут, а потом – мы все решим, и не придется ничего никому рассказывать.
– Оптимистка ты моя. Хорошо, возвращаемся. Я позвоню, чтобы утром завтра был готов борт.
Теперь Стефан ехал спокойнее.
– Сердце врага… – пробормотал он, невесело улыбнувшись. – Это надо же придумать!
– У тебя есть враги?
– Хоть ложкой черпай. Есть, да только… Принести сердце, – Стефан вздохнул. – Нет никого, кого я бы был готов убить. Убить сам, да еще и вынуть сердце. Мрак какой! Мне придется научиться оборачиваться, иначе я не смогу. Надо будет узнать все, что можно о таких, как я. Я же ничего, почти ничего толком не знаю. Столько лет все бегал, бегал, не желал ничего знать, даже думать об этом лишний раз не хотел! А теперь придется познакомиться ближе и с этой братией, и с тем, кто живет во мне. И пока я буду… пока я буду занят этим, ты, Анька, останешься с Эдом.
Аня сидела молча, пока он говорил, а теперь и вовсе – закусила губу, чтобы не расплакаться и отвернулась к окну. Руки дрожали. Зря они надеялись, что разрушить проклятие будут просто. Это жизнь, тут поцелуя принцессы или принца – недостаточно.
– Ничего, Анька, ничего. Ты стоишь того, чтобы через это пройти. И Эд стоит. Не унывай. В Сан-Франциско есть оборотень, который заправляет всем городом, Алан Брендон.
– Алан Брендон? – Аня нахмурилась, вспоминая. – Знакомое имя… Один из попечителей школы Эда и вообще – известный меценат, давно живет в своем доме отшельником, почти не общается ни с кем. Он же уже древний старик!
– Старик! Выглядит он чуть старше, чем я. Оборотни живут долго, хоть и не вечно. Он сумел как-то усмирить своего волка, и заставить его служить себе. Мы отчисляем ему дань, чтобы нас не трогали. Это рэкет, но по сравнению с другими странами, все очень…цивилизованно. Брендон – очень продвинутый и толерантный волк, – Стефан пытался шутить, видя, что Аня совсем приуныла. – Он научился использовать все лучшее, что есть и в человеке, и в волке. Я попрошу его о помощи.
– Он, думаешь, поможет?
– Я заплачу, сколько он попросит. Если будет надо, отдам всю фирму.
– Ох, Стефан!
– Я должен был стать лисом, а не волком, Анька. По моему приказу Вики вывела деньги в офшоры. Мы все равно останемся на плаву, не беспокойся. Больше… больше мне обратиться не к кому.
***
Сан-Франциско, ночь с 8 на 9 февраля 2018 года
Эд проснулся, сам не зная – почему. В туалет не хотелось, сон страшный, вроде, не снился. На часах было два часа ночи. Эд повернулся на другой бок и подтянул к груди ноги, закрылся одеялом с головой. Было, честно говоря, страшновато и подумалось, что и правда – ну их, этих зомби. Начитаешься, а потом начинает казаться, что одна из этих тварей сидит под кроватью. Эд опасливо вытащил руки из-под одеяла, зажег лампу и быстренько закутался в одеяло еще надежнее. Нет, он, конечно, понимал, что одеяло от зомби вряд ли защитит, но все же…
Лежать, укрывшись с головой, было жарко, душно и скучно. Уснуть бы, но не выходило. А еще очень хотелось, чтобы уже вернулась мама. Он никак не мог посчитать, когда же они со Стивом вернутся. Перелет, разница во времени, все это было слишком сложно. Эд вылез из-под одеяла, смело заглянул под кровать (там лежал сломанный робот-трансформер и больше ничего), и после этого спустил ноги на пол. Ночник давал достаточно света, чтобы почитать, но Эд даже не посмотрел в сторону комиксов: его почти неосознанно тянуло выглянуть в окно. Это желание походило на желание почесать заживающую ранку. Эд на цыпочках – бабук слышала малейший шорох! – подошел к окну. На лужайке перед домом сидел огромный пес, а может волк: Эд не очень разбирался в породах и видах.
– Ух ты, – прошептал Эд, не в силах отвести взгляд от зверя. Медальон, который ему подарил Стив, налился тяжестью. Эд безотчетно взялся за него рукой.