Постепенно выработалось несколько правил, соблюдение которых если не гарантировало победу, то значительно снижало риски поражения. Во-первых, чем больше используется артефактов, тем лучше. Во-вторых, в застрельщики идут слабые маги. В-третьих, высший круг вступает в бой последним, когда картина ясна, стороны выложили карты на стол и наступило время козырей.
Волки, хоть и зверюги дикие, все ж не тупые. К нападению подготовились. Атаку на крепость они начали с попытки применить Сердце Огня или его аналог, причем, сволочи, одновременно с мега-снарядом выпустили под сотню других, попроще. На их несчастье, способ борьбы с бомбардировкой давно известен и отработан, поэтому навстречу летящей смерти взвились десятки артефактов-перехватчиков, в воздухе расцвели многочисленные взрывы зенитных психоконструктов, перед стенами возникла многослойная преграда из тонких, буквально одноразовых щитов. Почему пару дней назад серые не поступили так же? Времени не хватило, выучки, ещё они просто не предполагали, чем по ним шарахнут, и растерялись. А потом стало поздно.
Нам залп вреда не принес, схема противодействия, повторюсь, отработана. Долгая бомбардировка могла бы истощить оборону, но тогда возникает вопрос цены — качественные взрывные артефакты стоят дорого. Дешевле получается высшего мага нанять, который в плане нанесения урона намного эффективнее. Да и нет у серых денег, как возможные партнеры они среди людей не особо котируются, поэтому нанимают их не слишком охотно. Хотя, конечно, свой кусок рынка имеют.
До стены долетело мизерное количество артефактов, почти ничего не разрушивших и серьёзного урона не нанёсших. Вряд ли серые рассчитывали на иное, они, вероятно, планировали под прикрытием обстрела пойти на штурм первой волной и сократить потери передовых стай. Частично их затея удалась. Ответный залп вышел жиденький, большинство стрелков либо прятались, либо не имели возможности выстрелить, укрытые щитами. Поэтому волки без препятствий прошли дальнюю огневую зону, и сходу принялись перепрыгивать через небольшой ров, не столько укрепление, сколько декоративного характера. И вот тогда у них начались проблемы.
Пространство перед крепостью оказалось нашпиговано ловушками, причем не обязательно магическими. Инженеры здесь и колючую проволоку использовали, и небольшие ямки с колышками, и вообще всё, что в голову взбредет. Сильному магу эти ухищрения не помеха, он сквозь них пройдёт, не заметив — но в первой волне сильные не шли, только младший и средний круг. Скорость движения сразу упала. Волки, уж на что упоротые, при виде умирающих или просто скулящих от боли сородичей начали осторожничать, выбирать место, куда поставить ступню, чем немедленно воспользовались наши. Верхушка вала словно взорвалась шквалом заклятий, снарядов, обычных стрел с необычными наконечниками, гулко зарокотали артиллерийские големы.
— Не пора? — повернулась ко мне Фредерика.
— Нет. Нужно, чтобы они ввели в действие хотя бы старший круг.
Она с сомнением покачала головой.
— Это вряд ли. Лучших бойцов они будут беречь до последнего. Скорее, создадут перевес в мясе на паре-тройке участков, и бросят подкрепления туда, где наметится прорыв.
— Твой вариант меня тоже устроит. Главное, чтобы они сил побольше израсходовали.
Так как численность первой волны сокращалась быстрее, чем предполагалось изначально, командование серых заколебалось. Их Народ намного спокойнее относится к потерям в живой силе, однако они понимали, что молодняк — это будущее, поэтому губить его слишком сильно нельзя. Вместе с тем, время основного удара ещё не пришло. Результатом их неуверенности стал компромисс в виде четырех банд росомах, брошенных на прорыв.
При виде конкурентов медведи недовольно заворчали. Рынок тяжелых пехотинцев не особо велик, к тому же он не стабилен, на нём случаются спады. Медведи, росомахи, львы и вепри бьются за каждый контракт, зачастую в прямом смысле. Вепри, кстати, в данном отношении самые приличные, они отжали себе северо-запад континента и больше никуда не лезут, поэтому к ним у Фредерики претензий нет. Иное дело — росомахи. У них нет единого руководства, Совет глав семей весьма символически правит бешеным Народом, являясь, скорее, совещательным органом. Встретить их можно везде, даже друг с другом дерутся, если вдруг две банды оказались наняты разными сторонами. Но, надо признать, дерутся хорошо.