Иное дело, если любопытный захочет пройти вглубь. Тут уж как повезет, смотря на кого напорешься. Патруль внутренней стражи может вежливо развернуть заплутавшего, с извинениями уведомив о нахождении в закрытой зоне. Дозорные кланов разговаривать не станут — потому что в такой близи от их владений о случайности речь не идет. От жесткого знакомства с клановыми дознавателями (с последующим знакомством с дознавателями гильдейскими) спасет только наличие оформленного по всем правилам пропуска, выдают который после долгой и тщательной проверки.
В город я въехал под своей любимой личиной чернодольского витязя. Нравятся мне эти люди — спокойные, в меру гордые, не чурающиеся труда и с уважением относящиеся к чужим обычаям. Их земля бедна, поэтому витязей можно встретить по всему континенту, они нанимаются для выполнения самой разной работы. Не обязательно воинской.
Стража в воротах пошлины не взяла, зато проверила паспорт и зафиксировала образец энергии. Молодой маг с отметками среднего круга на рукавах подтвердил, что гостиница «Синий Лебедь» действительно так хороша, как о ней рассказывают, и даже расщедрился на светлячка-провожатого. Мелочь для него и лишний плюсик к репутации в глазах клиента.
Красивый город. Нет, действительно красивый. Его дважды сжигали, демоны буйствовали, однажды сюда змеиный молодняк выпихнули, но каждый раз жители восстанавливали Триединство заново. Таким, каким его создал гений Слепого Вестника, величайшего архитектора, никогда не видевшего света. Про него говорили, что богиня Лаль поцеловала его при рождении, и с тех пор слабенький мажонок из нищего клана видел не как простые смертные, стремясь воплотить в зданиях высшую красоту.
У него получилось.
— У вас удивительно широкие улицы, — завязал я разговор со служкой. — Такие только в столице найдутся, в центральной части.
Закинув вещи в номер, я спустился вниз перекусить и просто поболтать. Завтрак уже прошел, до обеда часа полтора, поэтому других посетителей не было, и словоохотливый парнишка с удовольствием поддержал беседу.
— Так ведь у нас, уважаемый гость, город сразу по общему плану строился! Другие-то постепенно прирастали, дом за домом, а у нас как Всеволод Мокшин городское уложение принял, так по нему и живем!
— И улицы, я смотрю, чистые.
— Это обязанность хозяина — смотреть, чтобы тротуар перед его двором был чистый. Можно самому убирать, можно за деньгу малую с управой договориться, чтобы дворников присылали. В основном договариваются, сами убирают только самые жадные! Ну, или бедняки в Трущобах.
— Неужели и здесь трущобы есть?
— Есть, как не быть! Там-то всякая сволота и живет! Уж их стража гоняет-гоняет, а только никуда эта шелупонь не денется!
Болтал он с удовольствием, его только нужно было периодически поощрять короткими наводящими вопросами. Городом пацан явно гордился, хвастался напропалую, расхваливал магов и их мощь, восторгался нынешним главой Гильдии, Смеяном Лапиным. Что характерно, при упоминании клановых он непроизвольно понижал голос.
Когда Огневы, Мокшины и Ревские создавали Триединство, они руководствовались голым прагматизмом. Им просто надоело, что центральная власть в лице великого князя регулярно стравливает их между собой, они от междоусобиц несли больше потерь, чем от конфликтов с внешними врагами. В тот момент кланам повезло — погибли наиболее непримиримые вожди, а недавно вступивший на престол молодой князь упустил ситуацию. Так появилась Гильдия Магов Турьей Земли. С тех пор много чего произошло, у Гильдии были свои взлеты и падения, её филиалы расползлись по всему княжеству. Однако Триединство до сих пор остается столицей и домом для кланов. Как для первых трех, так и для остальных, присоединившихся к договору позже.
После перекуса, слегка отдохнув, я поднялся обратно в номер, где зарылся в папку с документами. Бумаги хранились в печати-татуировке, это очень удобная вещь, популярная у путешественников. У меня на руке стоит на первый взгляд обычная, средней стоимости, хотя есть и дорогие, в которых даже живых существ можно протаскивать. Но откуда у простого витязя печать ценой в десятки тысяч золотых?