Так отец Николай пролежал в постели около двух часов, беспокойно ворочаясь и горестно размышляя о случившемся. За это время ему измерили температуру тела, которая оказалась вполне допустимой для человека, сделали болезненный укол в мягкое место и послушали стетоскопом дыхание, каковое тоже оказалось в норме, а ближе к обеду в просторную палату наведался Пётр.
– Вот он где, спаситель-то наш!
– Здравствуй, Пётр! – пытаясь сохранять спокойствие, ответил батюшка и попытался подняться.
– Лежите, лежите! – немедленно остановил его мужчина, после чего приставил к кровати стул, который до этого момента располагался у небольшого столика, и скромно на нём разместился.
– Как внучка? – участливо спросил отец Николай.
– С ней всё будет хорошо! Я как раз от её доктора. Он сказал, что у Машеньки запущенная пневмония, но дал утешительные прогнозы. Нужно будет только полежать здесь некоторое время, думаю, через пару недель выпишут. Сейчас она спит под капельницей. Вы-то как?
– Пальцы обморозил, – коротко ответил священнослужитель и приподнял забинтованные кисти рук. – Но доктор сказал, что всё обойдётся.
– Ну, слава Богу, – тихо прошептал Пётр и быстро перекрестился. – А где лошадка-то, батюшка? Я её у больницы не увидел…
– Нет больше лошадки, – растерянно произнёс отец Николай и вкратце рассказал обо всех событиях, которые произошли с ним и девочкой этой ночью.
– Эх… – плачевно выдохнул мужчина и, поднявшись со стула, медленно подошёл к окну. – Жалко Забавушку…
– Я перевязал ей ногу Машиным шарфом, чтобы не телепалась и лишнюю боль не причиняла. Это всё, что я мог сделать, ты уж прости… – подытожил батюшка, благоразумно умолчав о тягучем вое в лесу.
– Эх… – снова произнёс Пётр и опять сел на стул у кровати. – Значит, не просто так коровку-то у меня позапрошлым летом увели, иначе не купил бы я лошадку. Видать, неисповедимы пути Господни… так ведь получается?
– Получается, что так, Пётр. Получается, что так, – смиренно согласился священнослужитель, жалостливо глядя на своего собеседника.
– Ладно, пойду я. Надобно ещё в городе кое-куда наведаться да кое-чего прикупить для дома, – мужчина поднялся на ноги, мягко похлопал батюшку по плечу и вышел из палаты.
Несмотря на то, что отцу Николаю удалось выговориться, на душе его всё ещё беспокойно томилась гнетущая тоска. Однако вскоре ослабленный организм всё же потребовал необходимого отдыха и постепенно заставил сознание мужчины окунуться в спасительный сон.
На послеобеденном автобусе из Евсеевки приехала Анастасия. В приёмном отделении женщине любезно предоставили информацию об её супруге, после чего она оставила свою верхнюю одежду в гардеробе на первом этаже и, поднявшись на лифте в терапевтическое отделение, тихо вошла в необходимую палату. Обеспокоенная матушка осторожно села на стул, что после ухода Петра так и остался стоять у кровати, и стала нежно гладить отца Николая по мягким волосам, отчего он вскоре неожиданно вздрогнул и моментально открыл глаза.
– Тише, Коленька, тише, – ласково произнесла Анастасия. – Я здесь, всё хорошо, как ты себя чувствуешь, милый? Как Маша? Я ждала тебя к обеду, но…
– Всё в порядке, Настенька! – ободряюще перебил её отец Николай. – Только пальцы обморозил, – мужчина приподнял руки над кроватью и виновато улыбнулся.
– Горе ты моё луковое, – снисходительно улыбнулась в ответ женщина и вытерла накатывающиеся слёзы.
– Ты, матушка, не раскисай, – глядя на влажные глаза супруги, твёрдо сказал мужчина. – Я теперь на пару недель тебе не помощник, придётся по хозяйству самой справляться... Ну, а ежели какая тяжёлая работа образуется, то попросим помощи у Петра с сыном, думаю, они не откажут.
– Справимся с Божьей помощью! – произнесла Анастасия и горячо поцеловала супруга в губы. – Главное, чтобы здоровье было.
Внезапно из коридора послышались приглушённые звуки, словно кто-то катил небольшую металлическую тележку, останавливая её на несколько секунд у каждой палаты, и вскоре из-за двери появилась полная женщина лет шестидесяти с тарелкой горячего супа в руках.
– Кушать-то сегодня будете, больной? – громко спросила она и поставила глубокую посуду на столик.
– Буду, – твёрдо ответил отец Николай.
– Тогда второе тоже оставлю, – женщина в белом колпаке подошла к своей тележке, затем снова вернулась к столику и разместила на нём стакан с яблочным компотом, столовые приборы и широкую тарелку, на которой располагались картофельное пюре, куриная котлета, капустный салат и три кусочка чёрного хлеба, после чего пожелала мужчине приятного аппетита и скрылась за дверью.