- Можно циновки положить в коридорах, - буркнул молчавший все это время боцман. – А то иногда поскальзываешься, когда мокро.
- Режим просто надо включать, «мокрый пол», - в сторону заметил Хольм.
- Режим! – огрызнулся боцман. – Про него вспоминаешь, когда поскальзываешься!
- Ну вообще разнообразить дизайн можно, - не унимался Хольм. – Повесить украшения. Будет красиво.
- Мы подумаем, - решил наконец Марк, к явному облегчению толстяка. – А пока, проводите нашего…
Он оглянулся на Хольма.
- … мудреца на остров. Он хочет его изучить. Он вам многое расскажет, про пути ваших рыб, и все такое.
Жрецы так и впились в Хольма глазами. Тот, подумав, величественно махнул рукой, и мускулистые воины во мгновение ока перенесли с катера на берег все его оборудование.
Оказавшись в центре внимания, Хольм расцвел. Забыв про Марка, он тут же начал по-свойски командовать своими новыми подчиненными, указывая им, где что поставить, так что Марк не выдержал и обменялся с боцманом улыбками.
Правда, улыбка боцмана была кривой. Он то и дело озирался вокруг, сошел на берег, послонялся вдоль волн и через пару минут вернулся обратно.
- Не хотите искупаться, капитан? – саркастически спросил он Марка, кивнув на сверкающую рябь, над которой несся высокий острый плавник.
- Спасибо, боцман, - улыбнулся Марк. – Только если ты сначала попробуешь мне водичку. А то вдруг холодно.
Выкурив сигару, боцман ушел внутрь катера. Марк остался на мостике, наслаждаясь теплом, воздухом и брызгами волн.
Хольм уже давно исчез в джунглях вместе со своей экспедицией.
На берегу больше никого не было.
Марку стало скучно, и он сошел на берег, на всякий случай вытащив пистолет из кобуры. Он не помнил, чтобы на островах водились какие-то опасные звери, но мало ли что взбредет в голову дикарям.
Он шел по тропинке между пальм, опутанных цветущими лианами, хрустел ветками под ногами, срывал листья, и его отпускал страх, становилось хорошо.
Крупных животных на острове не было. Зато – изобилие всякого рода крылатых насекомых. Похожие на земных цикад, на бабочек, жуков и кузнечиков, и в то же время совершенно непохожие на них создания навевали ощущение фантастического сна.
Было жарко, пот уже тек струйками между лопаток и подмышками, но он знал, что скоро вернется в комфортную прохладу Мегапола, и временные неудобства не напрягали его, а казались приключением.
- Марк! – окликнул его голос, и он вздрогнул, оглянулся и испугался.
Утоййя смотрела на него из зарослей. Убедившись, что он один, она в два прыжка очутилась рядом.
- Я скучала по тебе! – жалобно сказала она, гибко наклонившись на бок и заглядывая ему в глаза. – Почему ты не пришел вчера? Я ждала тебя весь день и всю ночь!
Марк не нашелся, что ответить.
Она взяла его за руку.
- Ты пришел ко мне, мой господин?
Она медленно приблизилась к нему, не выпуская руки. Зеленые глаза горели надеждой и страстью.
«Господи», подумал Марк и невольно шагнул в сторону.
Утоййя мгновенно выпустила его руку и отпрыгнула назад. Ее лицо исказилось скорбью.
- Мой господин гневается на меня?
Марк продолжал смотреть на нее, изредка тупо моргая.
- Гневается за то, что спрыгнула с железной лодки?
Она бросилась на колени, заставив его снова невольно отшатнуться.
- Прости меня! Утоййя была зла! Ты стоял рядом с моим не-отцом, и вы оба отказывались от меня!
Наконец-то в его душе шевельнулось чувство. Это была жалость. Он протянул ей руку, и она схватила ее.
Он потянул ее, она поняла и воспользовалась этим, чтобы подняться.
- Утоййя, - начал он, и она порывисто прижала его руку к своей груди, перебив:
- Мой господин назвал меня по имени!
Он откашлялся – ее кожа была гладкой и теплой.
- Утоййя… я… просто хотел спасти тебя… ты тонула…
- Да! Утта тонула в Океане, и мой господин спас меня! Он не отказался от меня, как отец! Теперь я его жена, и дочь!