Он слышал вокруг себя сдержанное хихиканье и довольные реплики аборигенов, восхвалявших свое курево и деликатно посмеивавшихся над слабостью повелителей морских драконов. Надо было что-то сказать, но Марк не мог не то что говорить – даже думать.
Затем сознание кое-как вернулось к нему, он открыл глаза, чувствуя, однако, что не может держать их одинаково открытыми – один глаз открылся больше, другой меньше.
Увидев его лицо, аборигены закатились смехом.
«Чего смешного? – подумал он. – Надо показать им, что я, жрец морского дракона, совсем не поддаюсь их дурацкому табаку. Что у меня нормально работает голова и я в состоянии составлять логически комплиментарные смысловые конструкции».
- Старый жрец – как, кстати, его имя? Как звучит его имя? – быстро начал Марк слегка заплетающимся языком. – Старый седой, мудрый жрец не ответил на мой вопрос, о цели пребывания капитана неизвестного морского судна по имени Вольф, я имею в виду имя капитана, а не судна, потому что об имени судна мне ничего не известно…
Взрыв хохота был ему ответом. Аборигены тряслись от смеха, вытирая слезы. Марк собрал всю свою волю в кулак.
- Марку-морскому-жрецу нужно знать имя судна, на котором капитан Вольф прибывал на Аборну, нужно знать цели, потому что в случае, если судно принадлежит к враждебной фракции, данные должны быть немедленно переданы в центр обработки информации по каналу…. Господи…
Он понял, что несет чушь, которая только заставляет туземцев смеяться еще громче, и подумал, что с ними нужно говорить попроще и понятнее.
- Мор-ской жрец, ко-то-ро-го зва-ли Вольф, - начал говорить он отчетливо и с расстановкой, но проклятые островитяне вообще начали кататься по траве, стеная и вереща от восторга.
Даже старый жрец смеялся так, что ожерелье из раковин подпрыгивало и гремело на его груди.
Марк вытер пот со лба.
- Хорошо, хорошо, глупый жрец морского дракона накурился, - мозг Марка лихорадочно искал тему, чтобы сбить смех с этих спесивых дикарей, глумящихся над посланцем цивилизации, случайно угодившим в ловушку.
Нашел.
– Утта, Утоййя. Пусть мне расскажут о девушке, которую я вытащил из глубины Океана.
Смех оборвался так резко, словно его отрезали ножом. В стеклянных глазах аборигенов Марк увидел свою смерть и сразу протрезвел.
Однако его пока не убивали, и он решил нарушить молчание.
- Зачем же вы приносите в жертву девушек?
Старый жрец скорбно опустил глаза.
- В жертву Богу приносится лучшее.
Марк оглядел остальных, но они тактично молчали, ничего не говоря даже выражением лиц.
Повторить вопрос он не решился.
Однако молчание не прекращалось, и он задал следующий вопрос, который интересовал его.
- Где ваши женщины?
- Марк хочет видеть наших женщин? – уточнил старый жрец.
Марк пожал плечами.
- Ну так, я думал, они где-то здесь, рядом с вами.
Жрец отрицательно покачал головой, то ли негодуя, то ли отвечая «нет».
- Марк хочет обладать нашей женщиной?
Он смутился.
- Нет, не обладать. Просто посмотреть.
Жрец почесал нос в явном затруднении, потом посмотрел на седого.
- Просто посмотреть, - эхом повторил тот и пожал плечами. – Но они смутятся.
Жрец кивнул и вновь обратился к Марку.
- Наши женщины и дети… живут далеко отсюда. В тайном месте острова. Которое охраняется старыми матерями.
Он смотрел на Марка без выражения, и Марк ничего не мог понять по его лицу, поэтому спросил:
- Зачем?
В морщинистых глазах жреца появилась тень улыбки.
- Женщины несут зло. Два мужчины хотят одну красивую женщину, убивают друг друга. Один хочет делиться, другой не хочет. Давным-давно, когда наши отцы прилетели сюда, они создали такой закон – женщины живут отдельно, мужчины тянут жребий. И никто из мужчин не знает, кем обладает другой. Так нет злости, нет обиды. Мы все – братья, они – сестры.
Жрец вопросительно уставился на Марка. Тот сделал неопределенное лицо, не зная, что сказать.
- Но как вы узнаете, кто чей сын?