Когда я наконец открываю глаза, ночник всё ещё горит. Комната выглядит так же, как и раньше. Слишком спокойно.
Натягиваю одеяло выше, хотя понимаю, что это ничего не меняет. Сон не приходит. Я лежу, уставившись в потолок, и считаю не минуты – вдохи. Кажется, стоит закрыть глаза по-настоящему, и он снова войдет. Несколько раз мне мерещатся шаги, но каждый раз это оказывается только дом.
Ночь тянется долго. Я проваливаюсь в тяжелую дрему и тут же выныриваю, будто кто-то дёргает за край сна. В теле странная смесь усталости и напряжения, как после долгой болезни.
Под утро я окончательно проваливаюсь в сон.
Просыпаюсь резко, как от толчка. За окном серый свет. В комнате тихо. Я сажусь на кровати и сразу понимаю: его нет.
Выхожу в гостиную. Диван пустой. Стол чистый. На кухне аккуратно убрано, как будто в квартире никто не жил. Это настораживает сильнее, чем если бы он был здесь.
Я заглядываю во вторую спальню. Постель ровная, покрывало натянуто, подушка лежит так, как ее оставили. Не похоже, чтобы тут кто-то ночевал.
Иду к входной двери и берусь за ручку. Дергаю. Заперто. Проверяю замок – медленно, внимательно. Ничего. Окна тоже закрыты.
Я стою посреди квартиры и ловлю себя на том, что мне хочется, чтобы он был здесь. Тогда хотя бы понятно, где опасность. А сейчас – пустота, в которой легко накрутить себе что угодно.
Щелчок замка звучит слишком громко.
Я вздрагиваю, когда дверь открывается. Он входит спокойно, будто выходил на пять минут. В руках пакеты. С улицы тянет холодом и запахом горячей еды.
Он ставит пакеты на стол, снимает куртку.
– Доброе утро, – говорит ровно.
Я смотрю на него, пытаясь понять по лицу, куда он ездил и что решил. Лицо обычное, спокойное. Только взгляд задерживается на мне дольше, чем мне хотелось бы.
Он раскладывает еду, ставит передо мной тарелку и кружку.
– Садись.
Я не двигаюсь сразу.
– Ты уезжал, – говорю.
– Да.
– Надолго?
– Достаточно, чтобы всё проверить.
Он отодвигает стул и садится напротив, не близко, но так, чтобы я была у него в поле зрения.
– Ешь, – повторяет.
Я беру вилку. Пальцы дрожат, и я злюсь на себя за это. Ем понемногу, через силу, чувствуя, как пустота внутри отступает. Он молчит, пока я ем. Не отвлекается, не смотрит в телефон. Просто следит.
– Врач, – говорю я наконец. – Ты обещал.
Он даже не удивляется.
– Собирайся.
Слова короткие, уверенные. И всё равно внутри что-то вспыхивает. Если будет врач, будут люди. Мой шанс.
Он приносит пакет с одеждой. Спортивный костюм. Новый. Мой размер. Даже обувь.
– Откуда ты знаешь? – спрашиваю удивленно.
– Просто знаю, – протягивает он равнодушно, и на этом разговор заканчивается.
Я переодеваюсь быстро. Ткань пахнет магазином. В зеркале я выгляжу обычной женщиной, которая собирается по делам, а не едет неизвестно куда.
Он ждёт у двери. В лифте стоит рядом, не касается, смотрит прямо перед собой. Кабина едет вниз почти бесшумно, только цифры над дверью сменяют друг друга.
На одном из этажей лифт останавливается. Двери разъезжаются, и внутрь заходит женщина. Ухоженная, уверенная, с лёгким запахом духов. Она сразу смотрит на него – не в лоб, не в упор, а так, как смотрят, когда им нравится то, что видят.
Задерживает взгляд чуть дольше, чем требует вежливость, улыбается.
– Доброе утро, – говорит ему.
– Доброе, – отвечает он спокойно.
Она встает ближе к нему, чем ко мне, будто я здесь просто совпадение. Я ловлю этот момент и на секунду думаю – сейчас. Взгляд. Слово. Хоть что-то.
Но понимаю: не получится.
Он стоит слишком уверенно. Она смотрит только на него. Любая попытка будет выглядеть странно, неуместно, как сцена, из-за которой потом станет хуже.
Женщина поправляет прядь волос, смотрит на отражение в зеркале лифта, снова на него. Её интерес очевиден, и ей не до меня.
Двери открываются. Она выходит первой, бросает на него ещё один короткий взгляд и идёт по коридору, не оборачиваясь.
Я остаюсь в лифте и чувствую, как надежда оседает где-то внутри, тихо и без шума.
Лифт спускается дальше. В подземном паркинге пусто и гулко. Он открывает мне дверь машины, закрывает, садится за руль.
Мы выезжаем.
Город живет обычной жизнью. Люди спешат по делам, пьют кофе, ругаются по телефону. Я смотрю в окно и держусь за одно: врач. Люди. Камеры.
Машина сворачивает. Забор. Шлагбаум. Охрана. Табличка клиники.
Он тормозит, показывает документы. Шлагбаум поднимается.
Я выпрямляюсь на сиденье и сжимаю ремень пальцами.