Я качаю головой.
– Нет.
– Сергей…
– Нет, – повторяю. – Я слишком долго к этому шёл. И я не буду жить по его правилам. Ни по его. Ни по твоим.
Он смотрит на меня несколько секунд, будто решает, стоит ли говорить дальше.
– Тогда ты сам всё увидишь, – произносит он наконец. – Только может быть поздно.
– Уходи, – говорю я.
– Ты совершаешь ошибку.
– Уходи, Степан.
Он молча разворачивается и выходит.
Я остаюсь один.
Тишина в кабинете кажется чужой.
Я беру телефон, смотрю на имя Ани и ловлю себя на том, что держу его слишком крепко.
Баратов.
Свадьба.
Ржавый.
Я решаю, что завтра усилю охрану. Проверю маршруты. Перестрахуюсь.
Всё будет под контролем.
Потому что иначе я просто не выдержу.
Глава 6
Утро тянется ровно, как будто вчерашний разговор с Ржавым мне приснился.
Я подписываю бумаги, слушаю короткие доклады, киваю, ставлю подпись там, где надо. Работа привычно держит в руках – цифрами, сроками, фамилиями. Только иногда внутри простреливает: Баратов. Свадьба. Аня.
Я прогоняю это, как лишний шум.
На экране телефона – календарь. До даты остается пара дней. Я ловлю себя на том, что взгляд возвращается туда слишком часто.
– Сергей Романович, – заглядывает секретарь. – Там… ситуация.
Я поднимаю глаза.
– Какая?
Она мнётся, будто решает, как это подать, чтобы не выглядеть глупо.
– На проходной… девушка. Журналистка. Её не пускают, но она… очень настойчивая. Настаивает, что должна поговорить именно с вами.
– Пусть подаст запрос, – отвечаю сразу. – У нас есть пресс-служба.
– Она говорит… – секретарь запинается. – Она уверяет, что это про вашего отца.
Слова цепляются за меня неприятно, как крючок за ткань.
– Где охрана? – спрашиваю коротко.
– На месте. Её удерживают, но…
Я уже встаю.
В коридоре прохладно и шумно, хотя офисный шум обычно не цепляет слух. Сейчас раздражает всё. Лифт, этаж, холл – и вот уже стеклянные двери, за которыми суета.
Журналистка действительно прорывается сквозь охрану, как сквозь воду. Невысокая, в темном пальто, волосы собраны в хвост, глаза слишком яркие для обычной «я пришла за комментарием». Она замечает меня и сразу тянется вперёд.
– Сергей Савин! – голос звонкий, срывается, но держится. – Пожалуйста, минуту! У меня есть информация о вашем отце!
Охранник перехватывает её за локоть, она дёргается, но не отступает. Смотрит прямо на меня, будто ей плевать, кто я и сколько людей вокруг.
– Мы вас не задерживаем, – говорит охрана строго, – но проход закрыт.
Я поднимаю ладонь, чтобы убрали хватку. Не потому что жалею её – мне не нравится, когда вокруг меня кто-то устраивает сцену.
– Говорите, – бросаю я. – Одну фразу. И уходите.
Она хватает этот шанс, как воздух.
– Вам сказали не всё. – слова летят быстро. – Ваш отец… это не была случайность. Там…
– Хватит, – обрываю я.
– Послушайте! – она повышает голос. – Я знаю, кто…
– Хватит, – повторяю уже жёстче.
Она замирает. Губы дрожат – то ли от злости, то ли от страха, то ли от того и другого.
– Вы думаете, что он просто… ушёл, – говорит она тише. – А вы уверены, что вас не обманули?
У меня внутри что-то скребёт. Неприятно. Старое. Я ненавижу, когда кто-то трогает то, что я давно закрыл.
– Дайте ему покоиться с миром, – произношу я ровно. – У вас нет права лезть в это. Ни у вас, ни у ваших коллег.
– Это важно! – она отчаянно делает шаг, охрана снова перехватывает. – Это касается…
– Уведите, – киваю я охране.
Её тащат в сторону, она выкрикивает что-то еще, но слова уже теряются в шуме холла. Я стою неподвижно и смотрю ей вслед, пока дверь не закрывается.
Когда всё стихает, мне кажется, что в груди стало теснее.
Я возвращаюсь в кабинет, но отчёты уже не держат. Чёрные цифры расплываются, как будто у меня перед глазами тонкая плёнка.
Журналистка. Отец. «Вас обманули».
Слишком много людей в последнее время уверены, что знают что-то про мою жизнь.
Я нажимаю кнопку внутренней связи.
– Павел, зайдите.
Начальник охраны появляется быстро. Собранный, спокойный. Человек, который привык отвечать за безопасность и не задавать лишних вопросов.
– Сергей Романович.
– Что это было? – спрашиваю.
– Журналистка. Пыталась прорваться. Мы её оттеснили, как положено. Данных о реальной угрозе нет.
– Кто она?
– По документам – фрилансер. Работает на несколько площадок. Скандальные темы любит, – отвечает он сухо. – Скорее всего, искала громкий материал.