– Поешь, – приказывает жестко. – Нам еще работать.
Уходит в спальню, показательно захлопнув дверь.
Смотрю на выставленные передо мной блюда, и кусок не лезет в горло. На соседнем кресле лежит уже знакомая папка. Забираю ее и еще раз внимательно просматриваю документы.
Все цифры смотрятся правильными, и все же, что-то не дает мне покоя.
Я так увлекаюсь изучением бумаг, что не замечаю, как возвращается Савин. Он накладывает себе еду, следя за мной темными глазами.
– Вычитала что-нибудь новое?! – спрашивает с насмешкой, словно и не было между нами неприятного разговора всего несколько минут назад.
– Сама не знаю, – честно признаюсь я.
Хочу уже рассказать ему о странном поведении Марии и Амины, но замечаю, как он разглядывает мою задравшуюся из-за глубокого кресла юбку. Пытаюсь натянуть ее обратно на колени.
– Если ты не собираешься есть, то поедем. И постарайся меня не провоцировать, я не юнец, которого можно возбудить и отказать, наслаждаясь мнимой властью. У моего терпения есть пределы.
Глава 34
Когда Савин говорит про завод, мне представляется, что мы поедем куда-то далеко за город. А на деле проползаем через пробки два квартала и останавливаемся подле типичного офисного здания с большими окнами.
Савин подает мне руку, помогая выбраться из машины, но делает это машинально, словно нехотя. Смотрит сквозь меня и направляется к группе незнакомых мужчин, встречающих нас в фойе у входа. Они пожимают друг другу руки. Я всматриваюсь в лица и заливаюсь краской, узнав управляющего. В голове мгновенно всплывают кадры с фотографий.
Невольно опускаю взгляд, сосредоточившись на мужских ботинках.
– Не глазей на него, – шипит мне на ухо Савин, заставляя покраснеть еще сильнее.
К слову, никто не обращает на меня внимания, словно я пустое место. Я вообще замечаю, что местные мужчины не позволяют себе впрямую смотреть на женщин. И это помогает успокоиться, снова взять себя в руки.
Мы проходим в уютную переговорную, где уже все приготовлено для встречи.
Пока Савин общается с представителями завода, я стою поодаль, у отдельного столика, прижав к груди папку и потягивая холодный лимонад.
Взгляд непроизвольно возвращается к управляющему, словно я никак не могу поверить, что фотографии его. На вид ему не больше сорока, низкорослый, поджарый, с быстрыми темными глазами. Явно хитрый, может, даже подлый, но не сальный, чего можно было ожидать после просмотра компромата.
Разглядываю мужчину из-под опущенных ресниц, стараясь не привлекать внимание своим интересом.
Смотрю долго, пристально. Что-то в его облике меня напрягает?! И только, когда собственное поведение начинает мне казаться вызывающим, в голове неожиданно щелкает. Мужчина – левша. А на фотографиях нет.
Чтобы проверить свою догадку, аккуратно приоткрываю папку и заглядываю внутрь.
Я права, на фото типичный правша. Даже часы на другой руке, хоть и те же самые. Это странно. Как можно предусмотреть все и упустить такую важную деталь?!
Преодолевая сомнения и робость, подхожу к Савину.
– Роман Олегович, простите, – отзываю я его несмело. – Можно вас на минуточку?
– Что, Перепелкина, так соскучилась, что до ночи не подождешь? – спрашивает он с сарказмом, когда мы отходим в сторону.
– Фотографии – подделка, – шепчу я ему, не обращая внимания на злое замечание.
Вижу, как он раздражен после нашей ссоры в номере.
– С чего взяла? – спрашивает он, быстро переходя на серьезный тон.
– Мужчина – левша, и часы у него на правой руке, а на ваших фото, наоборот, – объясняю я смущенно.
Савин открывает папку и быстро просматривает материалы. Ухмыляется.
– Молодец, Аня. Внимательная.
Поднимаю на него глаза.
– Вы ведь не станете использовать эти материалы? – спрашиваю смущенно.
Не по вкусу мне вся эта игра. Савин со своим компроматом. Амина с угрозами.
– Они и так хотят продать вам этот завод. Даже слишком сильно, – добавляю в запале.
Савин внимательно всматривается в мое лицо.
– Говори, – наседает, до боли стискивая мой локоть.
Вываливаю скороговоркой все, что успело произойти странного за это время. Чем дальше рассказываю, тем сильнее темнеет лицо Романа.
– Почему ты мне не призналась сразу? – злится он. – Это все не шутки, Аня. Здесь замешаны серьезные люди, а ты всего лишь пешка в большой игре. Растопчут, как стадо буйволов, мокрого места не останется.
От его слов у меня холодок по коже. Хочется спросить, защитит ли он меня, поможет ли выбраться, но я молчу потупившись. Понимаю, какой будет цена, если попрошу о помощи.