— Хочешь достойных похорон? Вот сам их и проведи. Пусть никто не смеет чинить Груоригу Зэльгафивару препятствий. Пусть никто не смеет помогать ему под страхом смерти. Ну же, принц, впрягайся. Чтобы выставлять условия богу, нужна огромная сила воли и бесконечное упрямство. Покажи, что не обделён этими чертами.
Молодой гном сделал шаг навстречу и цепи опутали его. Он развернулся, сделал шаг, они натянулись, необъятная туша едва сдвинулась. Груориг накренился вперёд всем телом, его вены вздулись, жилы проявились под кожей, он шагнул и немного протащил труп за собой. Каждый следующий шаг был наполнен борьбой, невыносимо медленно туша удалялась, пока не оказалась вне тронного зала.
— На этом всё. Проводите женщин в их покои, разыщите им прислугу, пусть ни в чём не нуждаются. Инородцы пусть собираются и уходят.
Приказы были исполнены тотчас, рядом с пьедесталом остался только Фуриус Брахил.
— Хватит прятаться, о тебе никто не забыл.
Из-за колонны выступила Шираэн. Магесса вновь могла нормально передвигаться, и принесла с собой небольшой сундучок, держа за ручку на крышке. Она с опаской посмотрела на ужасающего легата, одетого в плащ из огня, но приблизилась к трону.
— Что здесь произошло? — спросила Шираэн.
— Игра с сакральной передачей власти.
Она нервно облизнула свои полные, красиво подкрашенные губы, вновь глянула на мрачную громаду Брахила.
— Может, поговорим?
Вместо ответа Туарэй шевельнул пальцем, и сундучок вырвался из рук хозяйки, перелетел по воздуху, откинул крышку. Внутри лежали чертежи, прочие документы, формулы сплавов, сметы. Сопоставляя всё это, он понимал, что волшебница решила не хитрить, запутывать и усложнять.
— М-м-м… да, всё верно. Сначала я думал, ты пользуешься автономными ядрами гурханы для запитки изделий, а ты устанавливаешь в груди техноголемов освинцованную сферу экстракции из кристаллизованной гурханы. — Жёлтые глаза поднялись от бумаги. — Громоздко и затратно.
Для магессы это было почти как звонкая пощёчина, она чуть отшатнулась, несколько раз моргнула, не веря ушам своим:
— Автономное ядро гурханы нужно ещё уметь сплести, это не так просто! Способ знают немногие маги, ещё меньше тех, кто может воспроизвести, а уж они-то ни с кем не делятся!
— Ты не умеешь? — скучающим голосом уточнил бог.
— А кто умеет⁈
— Я умею, — вздохнул он. — Гурхану кристаллизуешь сама?
— Не лично, — буркнула Шираэн, — создала машину, она вытягивает энергию из окружающего мира, медленно, и периодически её нужно переставлять на другое место, однако, процесс беспрерывный и кристаллы намного стабильнее ядер.
— Только в хранении, иначе не пришлось бы конструировать сферу. Лучше чаще обновлять ядра, они и напряжение дают ровное, и энергии требуют меньше. Чертежи механизма для кристаллизации здесь? А, вот. Список струн для передачи команд? Да. А другой список? К взрывателям.
Волшебница молча сунула два пальца за ворот рабочей куртки и вытащила ещё тёплый, многократно свёрнутый листок бумаги.
— Ты знаешь, для чего нужны все эти пустоты за подземным периметром горда? — спросил он.
— Впервые слышу, — ответила Шираэн. — У меня заказали больше тысячи взрывателей, я их несколько месяцев делала, чуть с ума не сошла. Куда потом гномы их дели, не знаю, но подумала, что и их струны ты захочешь получить.
Последний листок попал в сундук и тот переместился в экстрамерный пространственный карман бога, — внутрь его алого кристалла.
— На этом всё. Вам помогут собраться и выпроводят из города. Ступай с миром, держись семьи.
Шираэн Гурдвар, однако, не спешила покидать зал. Она скрестила руки на груди, тем самым грудь подчеркнув, задумчиво прищурилась из-под вороных бровей.
— Может, всё-таки, поговорим?
— Не вижу смысла. У меня много важных дел, а ты не являешься моей подданной. Ступай.
— Меня слишком взбудоражили вести об этих «Последних Временах», как ты сказал.
— Ты же магесса, твоим глазам доступно гораздо больше, нежели глазам прочих. Так прекрати жмуриться и осмотрись. В теле мира раскрывается множество нарывов, бушуют войны, болезни, отовсюду прут чудовища, каких ещё не видели.
— Не первый раз и не последний, когда Валемар трясётся. Мы переживали…
— Нет, — отрезал Туарэй поднимаясь с трона и медленно шагая к ней, — на этот раз не получится. Выживет каждый десятый, и каждый десятый позавидует мёртвым. Тому быть.
Обойдя смертную, бог двинулся к раскрытым вратам зала, Шираэн вынуждена была последовать.