Потому выбор мамы для будущих наследников был продиктован рациональностью.
Мне нужна была красивая женщина, не состоятельная, чтобы не предъявлять права… в первую очередь моих детей. Не особо умная, чтобы не сильно переживать о том, в какой статус я ее поставлю - фиктивной жены и чисто номинальной, биологической матери. Возможно, для этих целей было бы лучше и вовсе воспользоваться услугами суррогатной матери, но мысль о том, что мои дети будут расти, зная отца только по его надгробному камню, и вообще не имея возможности называть кого бы то ни было своей мамой, вызывала у меня еще большее отторжение.
И Злата на эту роль подходила идеально… подходиЛА!
Потому что больше это не имеет значение.
Я умираю.
И я бесплоден.
А то, что я успел сдать этим безруким идиотам в клинике, пока еще был способен стрелять не холостыми, утеряно. Похерено, утилизировано как особо опасные биологические отходы или, кто знает, плывет вместе со сточными водами по канализации где-то под этим чертовым городом, полным счастливых отпускников и их розовощеких детишек! И если до этого дня я, любимчик судьбы и госпожи Удачи, только слышал о том, что бывают безвыходные ситуации, то теперь я находился в самом эпицентре одной такой, огромной и совершенно непреодолимой…
Телефон, небрежно брошенный мной на приборную панель, ожил и на весь салон запиликал через подключенный блютуз. Я нехотя потянулся к нему и, увидев незнакомый номер, хотел уже скинуть, но зачем-то смахнул в право для ответа.
— Кто?
Прорычал я сквозь зубы, сразу давая понять, что выгрызу глотку через динамик, при недостаточно информативном ответе на этот вопрос.
— Арсений Викторович? — робкий девичий голос показался мне смутно знакомым. — Это… я вас беспокою из клиники.
— Звоните моим адвокатам. А лучше своим. Мне лично не о чем с вашей говноклиникой больше разговаривать…
Ответил я, но даже не вполовину так грозно, как собирался. С неприязнью отметил, что мой голос при этом звучал даже как-то жалко. Не столь решительно грозно, сколь разочарованно.
— Нет-нет… я не поэтому. Точнее поэтому, но по-другому…
Я начал терять терпение, утихший было гнев во мне стал снова разгораться из-за подкинутого в топку раздражения.
— Девушка, не тратьте мое время!
— Да, простите… извините… я просто хотела сказать, что Ирина Анатольевна не все вам рассказала о сложившейся ситуации. Дело в том…
Девушка на том конце линии нервно вздохнула и заговорила тише. Так, словно прежде обернулась в поисках свидетелей, ведь очень не хотела, чтобы наш разговор услышал кто-то еще.
— Дело в том, что ваш материал… не совсем был утерян. И имплантация прошла успешно. Мать и плод в полном порядке… ой, простите, ребенок.
У меня черные круги поплыли перед глазами, а в голове зашумело так, что я перестал слышать что-либо вообще кроме голоса этой девушки. А она все продолжала и продолжала говорить вещи, от которых у меня волосы вставали дыбом и слабость вязким сиропом разливалась по всему телу, не давая даже телефон держать в руках крепко, без дрожи.
— Но все документы в связи с этой ошибкой, мне велено было уничтожить. Чтобы вы не имели претензий ко второй потерпевшей. Ваш случай, конечно, ужасен. Утеря материала, это непростительная халатность, но то, что все куда сложнее… К сожалению, я не смогла сделать копию. Ирина Анатольевна участвовала в уничтожении документов и их больше нет, вы просто не сможете доказать…
— Чего вы хотите?
Я сам не узнал свой голос, а на другом конце линии девушка задергалась еще сильнее.
— Я… понимаете, я маленький человек. Я понимаю, что сейчас поступаю плохо, но мне кажется, что это не будет для вас большой проблемой…
— Вы не поняли, — я выпрямился и сильнее прижав телефон к уху, чтобы унять дрожь в руке и случайно его не выронить, сказал, стараясь чтобы мой голос звучал уверенно и внятно, — меня не интересует вся эта лирика, мне нужно просто знать сумму. Что вы хотите за имя и адрес женщины, беременной моим ребенком? Сколько? И как скоро мы можем осуществить обмен этой информации на деньги?
Девушка на том конце линии взволнованно всхлипнула, словно поперхнувшись от перспектив. Она в этот миг явно поняла, что только что вытянула в этой жизни золотой билет.
Глава 4
ВЕРА