Она поздоровалась почти шёпотом, голос дрожал, как лист на ветру. Села к Саше, стараясь не показывать боль. Я ответил, стараясь не выдать своего шока, но, думаю, у меня это плохо получалось.
— Вы узнали? — спросила она едва слышно, глядя в пол. Её голос был таким тихим, что я едва расслышал.
Саша бросил на меня быстрый взгляд, заметив мою растерянность, и покачал головой:
— Нет.
В этот момент по её щеке скатилась слеза, оставляя влажный след на щеке. Я с трудом заставил себя говорить, чувствуя, как ком встаёт в горле:
— А зачем вы ищете отца ребёнка?
Вопрос прозвучал грубо, бестактно, но мне нужно было знать. Она подняла глаза, и в них читалась такая боль, такая безысходность, что у меня перехватило дыхание.
— Вы не подумайте, — начала она тихо, почти заикаясь, — я не хочу его женить на себе или что-то такое. Просто так сложились обстоятельства.
Она сделала паузу, собираясь с силами, её пальцы дрожали, когда она пыталась разгладить невидимую складку.
— Я вышла замуж неделю назад, — продолжила она, голос становился всё тише, — но в первую же ночь муж меня избил. Я сбежала и попала в больницу. Потеряла сознание, была угроза выкидыша, но малыш выжил. И я подумала, что ему суждено родиться.
Её голос дрожал, но она старалась держаться, словно боялась показать свою слабость. Я видел, как она сжимает кулаки, пытаясь не дать волю эмоциям.
— Только вот жить мне негде, — закончила она почти шёпотом. — Хотя бы какое-то время, пока не найду работу.
В кабинете повисла тяжёлая тишина. Я чувствовал, как кровь стучит в висках, как сердце готово выпрыгнуть из груди. То, что произошло с этой девушкой, было невыносимо. И где-то в глубине души я понимал — я причастен к её истории больше, чем думал.
«Это из-за меня она оказалась в такой ситуации? Из-за той ночи?» — мысль жгла изнутри.
Саша молча протянул ей стакан воды. Она взяла его дрожащими руками, и я увидел, как она старается не дать волю слезам. Вода дрожала в стакане, словно отражая её внутреннее состояние.
Глава 15. Помощь
Оля
Я сидела перед этими двумя мужчинами, чувствуя, как сердце сжимается от безысходности. Каждая секунда тянулась бесконечно, а надежда найти отца ребёнка таяла, словно утренний туман. Где мне теперь жить? Как растить малыша? Мысли крутились в голове, словно загнанные в клетку птицы.
Телефон в кармане вибрировал от звонков родителей и мужа. Они не прекращали попытки дозвониться, но я не могла к ним вернуться. Они бы сразу узнали о беременности и потребовали сделать аборт. А врачи столько дней боролись за жизнь малыша, чтобы потом его убить? Нет, только не это!
Сейчас я ютилась у подруги с её парнем, но понимала — это временное пристанище. Они были добры ко мне, но у них своя жизнь, свои планы. Они не могут вечно терпеть меня и моего будущего ребёнка. Оставалась только призрачная надежда на Джона, но найти его оказалось невозможным.
Слёзы текли по щекам, оставляя солёные дорожки на грязных щеках. Я чувствовала себя такой беспомощной, такой одинокой… Словно корабль без паруса в бушующем море.
И тут один из мужчин встал. Его голос прозвучал неожиданно спокойно:
— Простите, забыл представиться. Меня зовут Егор. Давайте сделаем так: вы пока поживёте в моей квартире, раз вам негде жить. А дальше посмотрим.
Я подняла глаза на него, не веря своим ушам. Его невозмутимость, его спокойствие — всё это казалось каким-то нереальным в этой ситуации. Неужели это происходит на самом деле?
— А вы где будете жить? — спросила я, голос дрожал от удивления и недоверия.
Он на секунду задумался, его взгляд был твёрдым и уверенным:
— Я там всё равно не живу.
Его слова ударили меня, словно молния. Что это значит? Почему он так легко отдаёт мне своё жильё? Может, это какой-то подвох?
Егор уже обращался к другому мужчине:
— Саша, рабочий день закончился, я пойду.
Потом он повернулся ко мне:
— Пойдёмте.
Это прозвучало как приказ, но кто я такая, чтобы отказываться от помощи? Особенно сейчас, когда я так нуждаюсь в ней. Может, это мой единственный шанс?
Он шёл впереди, не оглядываясь, не проверяя, иду ли я за ним. Взял с вешалки ветровку, уверенно направляясь к выходу. Его шаги были твёрдыми и решительными. Остановился только у машины, а я едва успела за ним.
Что происходит? Почему этот незнакомый мужчина так легко готов помочь? Слишком много вопросов крутилось в голове, но одно я знала точно — сейчас у меня нет другого выхода.
Мы сели в машину. Егор включил приглушённый свет, и салон наполнился мягким, успокаивающим светом. Он повернулся ко мне и спросил: