— Он что, мужчина?
Я улыбнулся, хотя внутри всё сжималось от тревоги. Беременная девушка, а стесняется так, будто впервые в жизни видит мужчину.
— Да, — ответил я едва слышно, — но он лучший гинеколог в городе.
Врач попросил обменную карту, но Оля покачала головой.
— Нет у меня её, — тихо произнесла она.
— Эх, молодёжь, — вздохнул Игорь Николаевич, — ничего, создадим новую. Давайте сначала на УЗИ посмотрим.
Оля легла на кушетку. Врач аккуратно нанес гель на её живот, включил аппарат и начал осмотр. Через несколько минут он вдруг улыбнулся и сказал:
— Слышите? Сердце бьётся.
Он включил звук, и я замер, прислушиваясь к этому волшебному, трепетному стуку. А потом врач добавил:
— А вот ещё одно.
Мир будто остановился. Два сердца? Я не мог поверить своим ушам.
Оля, видимо, поняла быстрее меня.
— Их двое? — спросила она, затаив дыхание.
— Да, — подтвердил врач, — но пол пока определить не могу. Срок примерно десять недель. Сейчас вытирайтесь, я ещё на гинекологическом кресле посмотрю.
Оля посмотрела на меня, и в её глазах отразился целый мир эмоций. А врач мягко добавил:
— Егор, выйди, пожалуйста.
Я вышел в коридор, чувствуя, как земля уходит из-под ног. Двое… У нас будет двое детей. Эта новость оглушила меня, перевернула весь мир с ног на голову. Я прислонился к стене, пытаясь осмыслить происходящее.
Семь долгих минут я вышагивал по коридору, нервно поглядывая на дверь кабинета. Наконец, врач вышел, жестом подозвав меня внутрь, а Оля вышла в коридор.
Мы остались с доктором наедине. Он начал разговор первым, его голос звучал профессионально спокойно:
— Беременность протекает нормально, ничего не угрожает. Но помните — двойня — это беременность высокого риска. Риски значительно выше обычных.
Он внимательно посмотрел на меня:
— Я так понимаю, ты отец?
Я нахмурился, и врач, словно прочитав мои мысли, поспешил успокоить:
— Не волнуйся, матери не скажу.
Затем его тон стал более серьёзным:
— Во время осмотра я заметил следы насилия. Девочка сказала, что это не ты. Это правда?
Я твёрдо ответил:
— Да.
Врач кивнул, будто ожидал такого ответа:
— Вот вам список анализов. Сдайте всё. Будем смотреть, какие витамины потребуются.
Он протянул мне лист бумаги, и я машинально взял его, всё ещё переваривая услышанное.
После всех процедур в больнице я отвёз Олю сдавать анализы. Она казалась такой хрупкой, словно фарфоровая статуэтка, которую может разбить малейшее дуновение ветра. Её бледные щёки и усталый взгляд трогали до глубины души. Когда все формальности были улажены, я доставил её домой, убедился, что она в безопасности, и только тогда отправился в офис.
В кабинете царила привычная рабочая атмосфера. Саша сидел за своим столом, погружённый в изучение каких-то документов. Его сосредоточенное лицо и нахмуренные брови говорили о серьёзности дела, но при моём появлении он отвлёкся от работы.
Я прошёл и сел напротив него. Несколько секунд мы молча смотрели друг на друга, пока я не решился нарушить тишину:
— Дети мои. По срокам всё сходится.
Саша замер, его глаза расширились от изумления.
— Дети? — переспросил он едва слышно.
— Да, их двое, — подтвердил я, чувствуя, как земля уходит из-под ног.
Он откинулся на спинку стула, медленно покачал головой:
— Ты влип, парень.
— Мы воспитаем их, — твёрдо ответил я, стараясь скрыть волнение.
Саша посмотрел на меня с иронией:
— Егор, или как там тебя на самом деле… Ты ей даже не сказал, что ты — Джон. И чем дольше ты тянешь с признанием, тем сложнее будет ей принять правду. Что за маской благодетеля ты просто искупаешь свою ошибку. Мог бы использовать защиту, и у девочки не было бы столько проблем из-за тебя.
Его слова, словно острые стрелы, пронзали моё сознание. Он был прав. Я сам не мог объяснить, почему в тот день не воспользовался презервативом, который лежал у меня в кармане. Но его упрёки вызвали во мне бурю гнева.
— Не тебе судить, — процедил я сквозь зубы, сжимая кулаки. — Я сам разберусь со всем.
Саша поднял руки в примирительном жесте:
— Я лишь хочу, чтобы ты думал о последствиях. О всех возможных последствиях.
Я резко встал, чувствуя, как внутри всё кипит. Он был прав, чертовски прав. Но это не облегчало ситуацию.
Глава 21. Обещание защиты
Оля
Дни тянулись медленно. Телефон постоянно разрывался от звонков — родители и Гриша не оставляли попыток связаться со мной. Но я упорно сбрасывала вызовы, не желая разговаривать ни с кем. Сейчас было не время для разговоров.