Он достал мой номер. Как? Каким образом? Я перебирала в голове все возможные варианты, и каждый был хуже предыдущего. Может быть, он подкупил кого-то в телефонной компании? Или... или залез в мою почту? Или, что еще страшнее, просто приказал кому-то разузнать обо мне? Мысли путались, как нитки в распущенном свитере.
Он знал, где я работаю. Это было уже за гранью простого совпадения. "Крекер" - маленькое неприметное кафе, о котором знали только местные. Я специально выбрала его для подработки, чтобы никто из академии не видел меня в фартуке и с подносом в руках. А он нашел. Без труда. Будто я была отмечена на его личной карте города. И теперь оставлял мне сообщения, будто я уже согласилась на это... свидание.
Самоуверенный ублюдок. Наглый, беспардонный... Меня передернуло от ярости. Кто он вообще такой, чтобы назначать мне встречи в таком тоне? "Не опаздывай" - как будто я его подчиненная или, что хуже, его собственность.
Я резко разжала пальцы и снова посмотрела на помятую карточку. Чернила немного расплылись от влаги моих ладоней, но слова по-прежнему читались четко. "Лотос". Дорогой ресторан, куда я никогда бы не попала со своей стипендией. Он, конечно, знал и это.
Самое страшное? Я почувствовала, как в груди разливается странное, тревожное тепло. Мне было интересно и страшно одновременно.
Интересно, что он скажет. Как посмотрит. Каким тоном произнесет мое имя в следующий раз. Эта мысль пугала больше всего - потому что я понимала: если мне интересно, значит, он уже выигрывает.
Но вместе с интересом пришло и другое чувство - липкий, противный страх, заползающий под кожу.
И жутко. Жутко от того, как легко он вошел в мою жизнь. Жутко от его настойчивости. Жутко от того, что он уже знает обо мне, возможно, больше, чем мои друзья. Я резко сунула карточку в карман и зашагала быстрее, будто пытаясь убежать от собственных мыслей.
Идти? Нет, бред, не пойду!
Это решение казалось единственно правильным. Разумным. Безопасным. Я представлю, как он сидит там, в своем дорогом ресторане, и злится, что его игнорируют. Может быть, даже разобьет бокал в своей изысканной ярости. И на этом все закончится.
Но где-то в глубине, в самой потаенной части сознания, шевельнулся крошечный, назойливый голосок: "А что, если ты все-таки пойдешь?"
Я зажмурилась, пытаясь заглушить его. Это было глупо. Опасно. Безумно. Но когда я открыла глаза, то поняла - решение еще не принято. И это пугало больше всего.
Глава 3
Я проснулась с тяжестью в висках, будто всю ночь провела в душном подвале. Первая мысль - «Сегодня восемь вечера» - ударила по сознанию, как ледяная вода.
Потянулась к тумбочке, где вчера бросила ту злосчастную записку. Картонка лежала под книгой, будто я пыталась спрятать её даже от самой себя. Развернула слова всё те же: «Не опаздывай».
Идти? Не идти?
Перевернулась на спину, уставилась в потолок. В съёмной комнате на Васильевском трескалась штукатурка, образуя причудливые узоры. В одном из них угадывался профиль острый подбородок, высокий лоб. Его профиль.
- Чёрт! - прошептала в подушку.
Аргументы против: это ловушка. Он опасен. Я даже не знаю, чего он хочет.
Аргументы за:
...
Вот и всё. Нет ни одного разумного довода. Но почему-то пальцы снова сжали записку, будто пытаясь вытянуть из неё ответ. Встала, резко дернув шторы. Питер встретил меня серым, мокрым утром. Туман висел над каналом, как дым после взрыва.
- Ладно, - сказала себе вслух. - Решу позже.
Но мысли не отпускали, пока я чистила зубы, пока натягивала чёрный свитер с вытянутыми локтями, пока варила кофе в крошечной кастрюльке. «Лотос» - дорогой, пафосный, не мой. Я бы никогда туда не пошла.
Но он знал это и именно поэтому выбрал его. Кофе оказался горьким, как мои мысли. Выпила залпом, обожгла язык, хорошее наказание за глупость.
Собрала папку с эскизами, проверила, не забыла ли уголь. Сегодня в художественной - портреты с натуры. Последнее, что мне сейчас нужно - часами всматриваться в чужие лица.
Вышла на улицу. Ветер с Невы тут же запустил пальцы в волосы, растрепал их. Шла быстро, почти бежала, будто могла убежать от собственного решения.
Вариантов было не много. Не прийти. Заблокировать его номер! Жить дальше. Или прийти — и посмотреть, что будет. На мосту остановилась, глянула в воду. Тёмная, глубокая, как его голос.