Дальше Злой пропал для всех, пустив слухи, что его работодатель задолжал немалую сумму поставщикам кожи, что дела идут у него совсем паршиво, что вложился он в некую доходную на словах авантюру, да прогорело все. Поползли слухи, что самого Злого порешили в канаве, то ли за некие любовные хождения к замужним женщинам, то ли за долги нанимателя. Кто там разберет.
Но на самом деле Злой, под предлогом передачи приглашений на рождение первенца, отправился собирать всех. А Горыня, подключив связи и возможности, по бросовой цене распродал товар. Уходить из Кракона он планировал насовсем, ведь то, что они затевали, было отчаянным преступлением, и все имущество стоило перевести в более легкие и переносимые активы – золото и драгоценные камни. Продал столько, сколько успел за несколько дней, по себестоимости, даже дешевле, предлагая товар постоянным клиентам и конкурентам, и те соглашались. Затем ночью в лавке Горыни произошел пожар, и с тех пор в городе его больше не видели. Поговаривали, что угорел он той ночью.
Но дело обстояло совсем иначе.
Мелкого вытащить было проще некуда, он от скуки сходил с ума на мясном рынке. Семьей обзавестись не удосужился, на месте ничего не держало. Мать умерла, а о старике-отце могли позаботиться многочисленные родственники, его братья и сестры, ведь уже десять лет они отлынивали от этого, сваливая большинство обязанностей на него. Разделка мяса ему осточертела, как и пресловутая родня, и ничто, по большому счету, не держало его в Краконе. В один прекрасный день вместо него в лавку торговать мясом пришел двоюродный или троюродный брат.
Болтун также был рад пойти со Злым. Он уже совершенно отчаялся и воспринял предложение с воодушевлением. Работы последнее время было мало, как и денег. Жены у него не было, детей тоже. Не держало ничто. Да и откуда у разнорабочего взяться супруге? Ведь женщины любят достаток, а мужчина, перебивающийся мелкими непостоянными заработками и влачащий жалкое существование, с трудом оплачивая ночлежку и простецкую еду, – это далеко не лучшая партия.
Проныра, клерк при крупной ростовщической конторе, поначалу послал Злого куда подальше, назвав безумцем и обвинив в преступной затее. Он был погружен в свою работу. Но Злой напомнил ему о старых долгах, обидах, братстве и о том, что стоит подставлять плечо товарищу. А также намекнул на то, что возясь здесь с деньгами, он их только видит, но не может потратить на себя, и занимается самообманом, надеясь разбогатеть. Пристыженный, тот чертыхнулся, вспомнил бездну, богов и прочие нечестивые дела, попросил время на завершение кое-каких дел, и уже вечером присоединился к ним. Жена от него давно ушла, лет семь как, забрав ребенка, подалась куда-то на север. Обвинила его в излишней домовитости, жадности и нежелании тратить деньги на жизнь. Так что Проныре, по большому счету, оказалось нечего терять, кроме рутинной работы.
Хромой, по словам Злого, как ждал его, хотя сам это отрицал. Он слушал, не перебивал, а когда услышал все, кивнул, хлопнул Злого по плечу и лишь спросил, где и когда назначена встреча. Явился собранный, в срок, без опоздания.
И вот весь их новоявленный отряд встретился недалеко от приречного городка Истры, что восточнее Кракона. В дело вступил Левша, бывший там человеком далеко не последним. Служил в муниципалитете, занимался картами местности и слежкой за путями сообщения. Ввиду особенностей работы он имел знакомство с некими важными людьми, а также доступ к бумагам. Левша, которого Злой убедил присоединиться к отряду, разузнал о кораблях каторжан. Ему удалось, хоть и не без труда, выяснить, когда будет следующая отправка.
Товарищи прикинули шансы нападения на закрытый док. После изучения сведений им пришлось отказаться от штурма. Действовать в городе, даже ночью, значило привлечь слишком много внимания. Истра, конечно, не Кракон. Но там тоже имелись ясноокие и немалый контингент стражи. Тогда Левша, последний еще не сорвавшийся с места товарищ, наорал на начальника и обвинил того во взятках и распутстве. В муниципалитетах это достаточно известно и не поощряется. Но повышать голос и клеветать на руководство – дело последнее. После этого Левша бежал от суровой кары за ложные обвинения и исчез в неизвестном направлении. Хотя поговаривали, что он отправился по приглашению к своему товарищу, аристократу Славомиру Борыничу, и что весь конфликт с руководством произошел из-за того, что ему не дали расчет.