― Да, мы, ― без тени смущения подтверждает он и возвращается к ноутбуку. ― Вдвоём будет быстрее, и я хочу, чтобы ты сразу вникала в наши процессы.
Я молча достаю блокнот. В голове всё ещё шумит от утренней новости, и, если честно, сейчас я готова согласиться на что угодно, лишь бы занять руки и мозг. Работа – мой способ притвориться, что всё под контролем, даже если сейчас я в лёгкой растерянности.
Через пару минут Лев отвлекается снова:
― Кстати, вечером Сотников, скорее всего, заглянет в отдел. Ему нужно подписать пару документов.
― Потрясающе, ― бурчу я, случайно зачернив в блокноте очередную строчку так, что бумага чуть не порвалась.
― Неужели ты его действительно боишься?
― Нет, просто… ― я подбираю слова, ― не люблю, когда кто-то пытается читать меня, как открытую книгу.
― О, тогда тебе будет весело, ― усмехается он. ― Владлен Демьянович этим живёт.
Я едва сдерживаюсь, чтобы не закатить глаза. Ещё одна встреча с человеком, который может испортить мне остаток дня одним взглядом. Прекрасно.
В коридоре кто-то громко смеётся, и в кабинет заглядывает Илона.
― Лев Николаевич, подпишите вот это… ― она замечает меня и, не теряя энтузиазма, добавляет: ― О, а вы уже на месте. Как первый день?
― Второй, ― поправляю я. ― И да, пока живу.
Илона хмыкает, передаёт Льву папку и скрывается за дверью. Я успеваю заметить, что в конце коридора мелькает тёмный силуэт Сотникова. Сердце делает неровный рывок, а ладони становятся влажными. Хах, блять. Вот и мой вечер.
Я опускаю взгляд в бумаги, но буквы уплывают, превращаясь в размазанные линии. Память — дрянная предательница — тащит меня назад, в тот вечер, когда я позволила себе расслабиться.
Помню, как раздражение кипело внутри, когда Вика в очередной раз решила поделиться подробностями своей личной жизни, а я, устав слушать, просто согласилась на поход в тот бар. Там было слишком громко, слишком много людей, слишком много сладкого алкоголя, который я обычно обходила стороной. Но в тот вечер мне было всё равно.
Я помню, как он вошёл. Не сразу — сначала ощущение. Как если бы кто-то в толпе раздвинул пространство вокруг себя, и все взгляды послушно потянулись к нему. Высокий, в тёмной рубашке с закатанными рукавами, он шёл мимо барной стойки, а мне показалось, что его взгляд скользнул по мне чуть дольше, чем по остальным.
Потом был разговор. Короткие фразы, без лишней вежливости, но и без агрессии. Чёткие, прямые вопросы, на которые я почему-то отвечала честно, хотя обычно умею мастерски уходить от прямоты. Улыбка — редкая, но не вырванная из него насильно, и оттого запоминающаяся.
А дальше — приглушённый свет номера. Его руки — горячие, уверенные, изучающие. Ни капли спешки, но и без тени колебания. Я тогда не думала ни о чём, кроме того, как странно спокойно мне с ним. Ни привычного панического желания взять контроль, ни раздражения от чужой близости. Только тёплое, медленное растворение в моменте.
Сейчас, сидя в своём новом кабинете, я сжимаю ручку так, что пластик трескается. Глупо, Хельга. Это было всего лишь однажды. Всего лишь ночь. Но, чёрт возьми, почему от воспоминания о его взгляде у меня по спине пробегает холод, а дыхание сбивается, словно между нами снова нет этих недель?
В коридоре звук шагов становится громче. Узнаваемая, размеренная походка. Кажется, вечер действительно собирается испортиться.
Дверь приоткрывается без стука — он входит так, будто любое пространство изначально принадлежит ему. Я успеваю выпрямиться и сделать вид, что погружена в документы, но уже поздно — его взгляд цепляется за меня, и он на секунду задерживается на пороге.
— Лев, — коротко кивает он моему коллеге.
— Владлен Демьянович, вот документы, — Лев поднимается, подаёт папку и кивает в мою сторону. — Новая коллега уже вливается в работу.
Я чувствую, как в животе всё сжимается. Мы оба знаем, что это не просто «новая коллега». Но он не спешит ничего выдавать — только подходит к столу, пролистывает пару страниц, ставит подпись. Запах парфюма доходит до меня, такой же, как тогда. И у меня снова дергается память: тепло его плеча, дыхание у шеи, лёгкий вес его руки на талии.
— Илвес, — произносит он мою фамилию, явно пробуя её на вкус. — Как вам у нас?
Я поднимаю голову, делаю вид, что всё в порядке, и в ответ выдаю ровным тоном:
— Привыкаю. Коллектив приятный, работа интересная.
— Рад слышать. Надеюсь, взаимопонимание у нас будет… в рамках рабочего процесса.