Мне понадобилось довольно много времени, чтобы познакомить эту пару с расписанием ресторана и других служб, объяснить, как включать вайфай и чем может быть полезен отдел обслуживания. Гости были очень милы, однако со слухом у них было неважно. Я повторила им всю информацию много раз, почти по слогам, и только после этого уверилась в том, что они все усвоили, и выдала им ключ.
– Ваши вещи уже отнесли в номер, хорошего дня, мадам и месье. – Я широко улыбнулась им. – Если что-то понадобится, смело набирайте девятку на телефоне, и вам обязательно ответят.
Ну, все-таки не так, чтоб уж сразу…
Самюэль терпеливо ждал меня с бутылкой воды, прислонившись к своему пикапу.
– Не подходи, я грязный.
– Я заметила, – хихикнула я.
– У тебя все в порядке?
Я кивнула.
– Я хотел тебя спросить, не будешь ли ты против, если на следующей неделе я уеду с детьми на несколько дней.
Начинались летние каникулы.
– Они же все равно с тобой.
Для Александра и Роми с папой – ландшафтным дизайнером и мамой, работающей в отеле, июль и август никогда не были синонимами семейных поездок. До того как мы с Самюэлем расстались, мы всегда проводили вместе зимние каникулы. Так было и сейчас, только теперь мы с ним по очереди ездили с детьми, которые по этому случаю пропускали школу, чтобы ни Самюэль, ни я не лишались путешествий с ними. Поэтому ничего странного, что вопрос Самюэля удивил меня.
– А как же ты? Как твоя работа?
У него было довольное лицо.
– Преимущество хозяина! Я сумел укрепить бригады. Не волнуйся за «Дачу», я отправил сюда лучших.
– Я тебе доверяю… Дети сойдут с ума от счастья!
– Я подумал, что после всего случившегося им это необходимо. – Он подошел ко мне ближе. – Я бы с удовольствием пригласил и тебя. Судя по всему, тебе это тоже нужно… – Неожиданно для меня он осторожно провел ладонью по моей щеке. – Бывало, ты выглядела получше.
Я положила руку на его ладонь, мне это ощущение понравилось, и я так постояла несколько секунд, потом нехотя отодвинулась, спрашивая себя, в какие игры мы играем.
– Я загораю зимой! Ты забыл?! Но спасибо за предложение.
– Я не питал никаких иллюзий… – мягко улыбнулся он. – «Дача» в тебе нуждается.
– Я потихоньку соберу их вещи, ты им сделаешь сюрприз.
Меня позвали. Я поднялась на цыпочки и поцеловала его в щеку:
– До скорого.
Я побежала к крыльцу, но не удержалась и обернулась – Самюэль не отводил от меня глаз.
Я была спокойна за детей и рада за них, а заодно смогла удвоить старания и еще больше времени проводить в отеле. Тело начало проявлять первые симптомы летней усталости: настойчивая боль в спине, ломота мышц по утрам, впечатление, будто суставы заржавели. Я даже была довольна – это означало, что все идет как каждый год, как раньше. Я тосковала по Маше и не пыталась скрыть это от себя – она должна быть здесь, рядом со мной, – но топила тоску в работе. Мне хотелось, чтобы она знала: ничего не изменилось, а некоторые клиенты уже забронировали номер на следующий год. Было бы хорошо, чтобы она меня подбодрила, чтобы она думала о «Даче» и думала обо мне. Но все-таки, хоть и прошел месяц, я не нарушала данный нами друг другу обет молчания.
Я проснулась с ощущением, что у меня сводит живот от беспричинной тревоги. На следующий день дети должны были вернуться с моря, где они были с Самюэлем. Они присылали мне фотографии своих счастливых минут, и я как идиотка смеялась в одиночестве, догадавшись, что дочка все же задурила голову Самюэлю, раз он купил ей огромный плавательный круг в виде единорога. Я скучала по Алексу и Роми. По Самюэлю тоже. Как ни крути. Когда он был где-то поблизости, мое одиночество было не таким беспросветным. В его присутствии мне хотелось улыбаться, ко мне возвращалась легкость. Он успокаивал меня и держал моих призраков на расстоянии. Я не просила его ни о чем, он приходил сам, а я его не отталкивала, совсем наоборот. Его отъезд помог мне признаться себе в этом. С другой стороны, мы играли с огнем. Были ли мои чувства к нему столь однозначными, как я полагала до сих пор? А ведь я была в них уверена. А что с его чувствами? Чего он на самом деле хочет? Просто беспокоится за меня? Или у него что-то другое на уме? Мы расстались не из-за чьей-то измены и не оттого что возненавидели друг друга. Мы выбрали разные дороги, ни один из нас не был готов к компромиссу, что и привело к разрыву. Хотя я все же рискнула бы допустить, что между нами сохранилось немного любви. Можно ли говорить о полном разрыве, если мы встречаемся по несколько раз в неделю? Если мы зачастую одинаково мыслим и у нас бывают минуты нежности? Щека, которую он погладил несколько дней назад, еще помнила его прикосновение. Пожалуй, я должна была оттолкнуть его. Ни он, ни я не завели новые отношения после расставания два года назад. У меня, во всяком случае, не было никакой любовной истории, никакой интрижки. Не хотелось. Не хотелось страданий. Я отваживала тех редких мужчин, которые пытались со мной сблизиться. И до меня ни разу не доносились слухи о появлении женщины в жизни Самюэля. И дети мне ни о чем таком не рассказывали. Конечно, Самюэль не делился со мной подробностями своих знакомств, что вполне естественно. Однако будь у него что-то серьезное, до меня бы это очень быстро дошло. Нас тут знали все, и мы знали всех. Я свыклась с этой мыслью и приняла ее. Мне хотелось, чтобы мужчина, сделавший мне столько хорошего, был счастлив, пусть и не со мной. У Самюэля было все, чтобы нравиться женщинам и чтобы быть любимым. И он умел любить в ответ.