Выбрать главу

– О, да… Я как-то упустила это из виду… Столько идей…

И мы до вечера планировали. И даже реконструировали план нового мини-отеля. Так что, когда Виктор приехал за полночь, у нас с Марселем были готовы макеты.

Мы сидели в той части здания, что готовилась принять страждущих католиков, в будущем зале здорового и постного питания.

Виктор зашел к нам прямо с дороги и выглядел растерянным.

– Мне передали, что меня ждут… А тут вы…

Я рассмеялась.

– Раздевайся и возвращайся. Я закажу ужин и вина. Есть, что отпраздновать. Готов макет мини-отеля.

– Вот так сразу? – еще более растерялся мой муж.

Я снова рассмеялась.

– Нас было двое, у нас был весь день и вообще… иди мой руки.

Не могла же я сказать, что мы с Марселем прекрасно знаем друг друга. Нам очень легко вдвоем. А уж с такими вещами, как интерьер – нам совсем просто. Стоит одному начать мысль, другой тут же ее продолжит.

Виктор вышел, а Марсель взглянул на меня и усмехнулся.

– Что, твой муж совершенно не разбирается в этих вещах? – и он кивнул на ноутбук.

– Абсолютно, – пожала я плечами. – Это ему повезло, что меня встретил. А то бы нарвался на таких, которые бы ему сотворили жуткий бардак за бешеные деньги. Ну, что? Не смотри на меня так. Меня это жутко раздражает.

– Извини, – насмешливо произнес Марсель и поднял вверх руки. – Я сдаюсь.

– Да ну тебя, – хихикнула я. – На тебя просто невозможно сердиться.

И в этот момент зашел Виктор. Я сразу засуетилась, не знаю, что на меня нашло. Нужно было продолжать, как ни в чем ни бывало. Но я смутилась, черт возьми. Спасло то, что принесли ужин и мы быстро сели за стол. Я вызвалась разливать вино.

– Идея моя, потому я и разливаю.

Марсель наскоро поужинал, от вина пригубил пару глотков и удалился, сообщив, что в это время ему пора читать молитву и ложиться спать. У него режим, все такое, и он уже достаточно припозднился.

Мы с Виктором молча доели свой ужин, выпили еще по бокалу вина и отправились спать.

Залезая в постель, я пробормотала:

– Я отчаянно устала сегодня. Просто вырубаюсь.

Виктор же был несколько взвинчен и ходил в спальне из угла в угол, не желая ложиться спать и ужасно меня раздражая.

– Я устала, – громко повторила я.

Муж меня не услышал.

– Виктор, немедленно прекрати это хождение. Я хочу спать. Выключи свет. Ляг. В конце концов! Черт возьми! Виктор!

Муж остановился и уставился на меня, не мигая.

– Ловко вы с проектом.

– Это плохо?

– Нет, что ты, вовсе нет… А когда ты собираешься искать дом?

– Завтра. Правда, с утра мы едем с Ма… с отцом Мартином искать краски… Ой, все успеем. Куда мы торопимся? Еще нужно нанять бригаду рабочих… Да, с домом я завтра не успею, наверное. Или успею. Посмотрим по обстоятельствам. Спешка хороша лишь при ловле блох. К тому же, ты все равно не собираешься переезжать в обозримом будущем. Пока идет ремонт. Что случилось?

– Ничего. Пойду еще немного выпью вина. Устал так, что спать не хочу.

– Да. Так бывает. Выпей бокал коньяка, и хватит. И выключи свет.

– Да. Хорошо… Просто…

– Что? Ну, что ты молчишь?

– Просто вот думаю, с чего бы этому парню становиться священником?

– Ты о ком? О Ма… Об отце Мартине? – удивилась я и села в постели.

Называть его этим именем было трудно. Я не привыкла.

– Да. О нем. Скажи ведь, фактурный парень, да? Так вы это, женщины, говорите?

– В чем дело, Виктор?

– Я вот думаю, может, он устроился священником, чтобы втираться женщинам в доверие, а? Легкий путь. Этакий психолог от бога.

– Успокойся. Он просто импотент, – брякнула я.

– Да? Правда? Откуда ты знаешь?

– Он сам мне сказал, – нехотя протянула я.

Раз уж начала врать, надо продолжать, и убедительно. Перемешать правду с ложью. Это самый лучший способ обвести человека вокруг пальца.

– Вот просто взял и сказал?

– Мы немного поговорили о жизни. Ну, словом, я задала ему тот же вопрос. Мол, он молодой, почему в священники, а не в мужья, а он… Только прошу тебя, это секрет…

– А с чего это вдруг тебя заинтересовало, что этот парень забыл на католической службе? – спросил Виктор.

– Не меня. А персонал ресторана. Только попробуй выдать меня. Я с тобой разведусь.

Виктор остановился, покачался с пятки на носок, и протянул:

– Надо же… импотент… бедняга…