Меня кольнуло в сердце и оно гулко стукнуло в грудь.
– Я неудобная жена.
– Да разве дело в этом? Удобная-неудобная. Это расчет. А ты – своя. Ты – моя.
Я думал, дверь мне откроет неряшливая, толстая старая дева в простом хлопчатобумажном халате, с жатой во рту иголкой с ниткой, с сантиметром на шее и серой халой на голове.
А как я еще мог представить себе старшую, незамужнюю сестру пышки Крис? К тому же, она постоянно называла ее швеей, а не модельером. А для меня все швеи – неудачливые тетки, которые не создают одежду, а подшивают, укорачивают и что там еще…
А тут – просто небесное создание… Хрупкое и утонченное, но с круглой грудью и прелестной круглой попкой. С ума сойти. Заспанное небесное созданье со спутанными со сна длинными, мягкими, темными волосами, отсвечивающими медью под солнечными лучами из окна у нее за спиной… Вкусно пахнущее сразу мылом, шампунем, кремами, а еще ванилью… Сразу захотелось ее нарисовать, слепить, а потом долго и страстно заниматься с ней сексом. Как ни с кем и никогда.
Когда она, на цыпочках, упорхнула в ванную, не закрыв плотно дверь, я не удержался и заглянул в щель…
У нее были тонкие, изящные лодыжки… Почему-то сначала я задержался взглядом именно на них…
Она стояла, нагнувшись над ванной, и умывала лицо…
Прозрачная ночная рубашка являла моему взору маленькие трусики, скорее открывавшие, а не закрывавшие, ее прелестную пятую точку.
Я тут же мысленно пристроился сзади, задрал эту ее рубашонку, и… пошел искать кухню и варить кофе.
Кухню я нашел быстро и сразу. Вернее, ее, как таковой, и не было вовсе. Была гостиная, одна часть которой и являлась кухней. Вторая комната была обычная. С обычной дверью. Спальня. Диван со скомканным бельем нежного персикового цвета, трюмо, простой небольшой телевизор. Шкаф с одеждой был в гостиной, так как в спальне ему просто не хватало места. А на кухонном столе обнаружился ноутбук. И все было мило и уютно.
Небесное создание меня не разочаровало. Такое редко случается с предметом, с которым мысленно поменял несколько сексуальных поз…
Лицо у нее было какое-то породистое, что ли. Холодная аристократичность, как любила говаривать моя маменька. Изящные ноздри. Как у породистой лошади. Они подрагивали, словно учуяв запах сена. Одни эти ноздри мне захотелось рисовать и лепить бессчетное множество раз…
Припухшие со сна губы, которые неимоверно захотелось попробовать на вкус…
И у нее были удивительно красивые глаза… Ярко-зеленые, как виноградины, продолговатые, окруженные мягкими ресницами. И точеные брови вразлет.
Она посмотрела на меня и я увидел, как ее зрачки медленно расширились. Созерцание меня привело ее в эротический восторг. Клянусь своим членом. Черт возьми.
Ее голос меня тоже не разочаровал: мягкий и нежный, сексуальный.
Словом, стопроцентное попадание в придуманный мной образ. Даже больше. Ее поведение завораживало. Она не старалась скрывать от меня своего восторга. Она старалась скрыть этот восторг от себя. Завуалировать. Принялась говорить про ткани и цвета и так этим увлеклась, что впала в какой-то транс. В этом состоянии она даже вытащила сигарету у меня изо рта и потушила в пепельнице.
Для этого ей пришлось через меня перегнуться. И полушария ее грудей выпали из разреза шелкового халатика, как два тучных парашютиста из нутра самолета… Незабываемое зрелище…
А потом, глядя на нее, я понял, что она поняла, что я мысленно занимаюсь с ней сексом. И мне даже показалось, что она, так же мысленно, к этому пристроилась. И даже вместе со мной меняла позы. Черт возьми…
Она сказала, чтобы я разделся, чтобы снять с меня мерки. Видно было, что она проболталась. Теория подсознательного. Но не сдавалась. Делала вид, что всегда так работает. Я не стал спрашивать, не подали ли на нее еще заявление о сексуальных домогательствах, она уже устала импровизировать. Да я и не хотел дожимать ее. Что я, псих? Она хотела меня, я хотел ее. Только я этого не скрывал, а она обманывала себя, как могла.
Когда она снимала эти чертовы мерки, ее постоянно било током и не понять, кто из нас был так наэлектризован, если только мы оба. А когда она обмеряла мне бедра, ее и вовсе развезло. Да и меня тоже.
Примерно так я увидел ее тогда… И так о ней думал… Вначале она была для меня лишь сексуальным объектом. Вернее, я так думал. Потому что хотел ее постоянно. И не было времени подумать: почему, собственно, я так на ней зациклился?..