– Не похоже? – склонил я голову.
– Совсем, – глупо улыбнулся Виктор. – Типичный кабинет. Массивный стол, большое кресло, несколько полок с книгами, да окно с жалюзи. Никаких фресок там… Распятий… Этой… как ее… кабинки… где исповедуются…
– Садитесь, – сказал я и сам сел за стол, водрузив на нос очки.
Никаких диоптрий, простые стекла, но придают солидность и значимость.
– Значит, это такая… исповедальня? – уточнил Виктор и сел в кресло.
– Скорее, это кабинет психолога. Но ведь это равнозначно. К психологу приходят с тем же, что и к священнику. Никаких тайн.
– Да. Это понятно. Но… Я думал, в католической гостинице исповедальня будет более… ммм… церковной, что ли…
– Зачем? Вполне достаточно молельни. Все-таки, это не храм. А гостиница. Я думаю, хуже было бы в этом плане перегибать с услугами божьими.
– Ах, да… Наверное… Мне нравится, – наконец, успокоился Виктор.
– Какой у вас ко мне разговор? Духовный?
– Ну… и это тоже… А что, есть другие разговоры?
– Безусловно. Чисто психологические. Без божьего вмешательства. Не все католики свято верят в бога и его заповеди. Скорее, они родились в католических семьях, были крещены детьми… Некоторым католикам просто нужно место уединения, чтобы без шума, танцев, вы понимаете? Католики – простые люди. Католичество для них всего лишь знак определенной конфессии, которую выбрали им родители – католики. Но куда, скажите, идти этим людям, если они хотят пожить в уединении? Так что эта гостиница многоплановая. Не только для религиозных людей. У вас никогда не будет здесь перебоя с постояльцами. Ведь обычные гостиницы предлагают комфорт, развлечения, а мы предлагаем покой и уединение.
– Вот оно как… Это здорово, – дружелюбно улыбнулся Виктор. – Просто я отдал, так сказать, бразды правления своей жене, а ее интересует лишь интерьер. Так что я не в курсе.
– По поводу исповедальни мы с вашей женой еще не говорили. Это была моя идея.
– Ах, вот как, – снова озадачился Виктор. – Значит, Лиза тоже не в курсе?
– Пока нет. Но уверен, ей бы это тоже пришлось по вкусу. Как и вам. Просто эта исповедальня – это моя сублимация, наверное. Моя идея. Я эту комнату так задумал. И в любом бы случае ее отстоял. Так что просто занялся ей единолично. Я как раз сегодня хотел продемонстрировать комнату Лизе. Но она задерживается. Она поехала к своей сестре.
– Да. Хорошо.
– Так что у вас за разговор?
– Мы скоро подписываем сделку… ну и… А я вот должен уехать. На неделю, думаю… Ничего, если мы это дело отложим? Конечно, вы можете это сделать и с Лизой. Просто она не любит все эти юридические штуки… Но если вы захотите, я сейчас же позвоню своей жене и полностью ее проинформирую. Дело в том, что я уезжаю неожиданно. Лиза еще не знает. Я и сам узнал пару часов назад.
– Давайте отложим, – кивнул я. – К чему спешить… К тому же… Не думаю, что эту сделку стоит заключать именно со мной…
– Не понял? – заерзал Виктор.
– Может, мы будем считать, что я продал вам свою идею? – Я снял очки. – Я не буду выкупать у вас долю и быть вашим партнером. На мое место вы можете найти любого другого католического… лучше психолога… Священники, что не при храмах прислуживают, это больше духовные волонтеры, нежели исключительно священники. Понимаете? В этом случае я бы больше доверял верующему в бога психологу, нежели такому священнику.
– Вот как, – опять заерзал Виктор и вдруг замер. – А вы кто?
Я улыбнулся.
– Психолог. Философ. Изучал мировую историю. Историю религий. Около года работал в храме. Получил благословение от святого отца.
– Да, конечно… Но… у вас нет сана священника? В смысле, вы мирской человек?
– Вполне. Поэтому мне и принадлежит идея такой вот гостиницы и такой вот исповедальни.
– Вот оно что, – занервничал Виктор, вытащил сигареты и уже закуривая, спросил, – Ничего, если я тут покурю?
– Пока можно. Пока гостиница еще не открыта. Но в дальнейшем – нет. Категорично. Разговор с психологом строго профессиональный. Это не попутчик в поезде. И в этой комнате нет должной системы вентиляции, кондиционеров. Вы же понимаете меня?
– Да, конечно, – растерянно ответил Виктор и с наслаждением закурил.
– Это все вопросы? – спросил я. – Или есть еще что-то?
– Есть. За этим, собственно, я и пришел. Ведь с бумагами всегда можно договориться…
– Я вас внимательно слушаю.
– Вообще-то, когда я шел сюда, я хотел попросить вас присмотреть за Лизой…
– А в чем дело? Ей нужна помощь?
– Духовная помощь ей бы не помешала, – криво усмехнулся муж Лизы.