Я была так рада за внезапно прозревшую Кристину, что совсем забыла, что ждала Марселя и мы собирались поужинать с ним вдвоем.
Поэтому Марсель, идущий нам с Крис навстречу, произвел на меня такое же ошеломительное воздействие, как и на сестру, которая никак не ожидала его тут увидеть.
Марсель же, если удивился, не подал виду. Подошел к столику, мило улыбнулся одной из своих дружелюбных, располагающих улыбок, и тихо сказал:
– Добрый вечер. Лиза. Кристина. Как семья? Как дети? Как жизнь? Все хорошо?
Я молчала от ужаса, Кристина – от неожиданности, поэтому Марсель продолжил:
– Уверен, Кристина, у вас все хорошо. Желаю процветания вашей семье. Вашему мужу, детям, вашему ресторану и, без сомнения, вам, Крис, хранительнице семейного очага.
– Да, спасибо, отец Мартин, – наконец, пришла я в себя. – У моей сестры все отлично.
– Я в этом не сомневался, – кивнул Марсель. – Что ж, милые дамы, мне пора. Был рад, очень рад вас увидеть.
И он спокойно удалился.
– Это был Марсель, да? – ожила Крис.
– Да. Теперь он отец Мартин.
– Его еще не выгнали из священников?
– Как видишь, нет.
– Хм… Он состоятелен?
– Вполне. У него осталась галерея.
– Все-таки, осталась…
– Да, как только вы поженились с Лионом, матушка отписала ему галерею.
– А ларчик просто открывался…
– И не говори. Марсель, думаю, долго себя корил… Не позавидуешь ему… Ой, прости…
– Да ладно, – отмахнулась Крис. – Чего уж теперь – то…
– А что, матушка Марселя ничего не говорила тебе о галерее? Вы же поддерживаете отношения.
– Разве это отношения? Она иногда делает у нас заказы. Про галерею ничего не говорила, а я не стала спрашивать, это не мое дело. Да и мы с ней, как ты понимаешь, не друзья, может быть даже, враги, просто держим марку. Плохо, что у Марселя нет страницы в интернете. Можно было бы его найти, узнать, как у него дела, но он этого не хотел. Как и ты, кстати.
– Я свою страницу удалила после… после твоей свадьбы. Как и Марсель.
– Ясно. Пора открывать новые. Или одну на двоих.
– Некогда, Крис, просто некогда, столько работы, заказы есть всегда, репутация уже есть, так что своя страница в интернете – это уже просто лишняя трата времени.
– И что Марсель делает здесь? – побарабанила Крис по столу.
– Ему принадлежит часть нашего с Виктором здания.
– Что-о?.. Это как? Каким образом?
– Он является владельцем гостиницы для католиков, которая скоро должна открыться. Я – дизайнер.
– О… Ну… Я снова выпью, пожалуй… Я окончательно протрезвела… Один бокал. И домой.
– А танцы? – усмехнулась я.
– Как-то расхотелось…
– Да почему? – веселилась я.
– Потому… Я ей душу выворачиваю, а она… Почему ты молчала?
– А о чем говорить?
– Вы собираетесь жить с Марселем? Но у него же сан.
– Мы не собираемся жить вместе. И у него сан. Ты права. Против этого не попрешь.
– Но к кому ты собралась уходить?.. Не понимаю…
– Ты изначально меня не так поняла. Я не собираюсь ни к кому приходить. Я собираюсь уйти от Виктора.
– Но почему?
– Потому что не люблю его. Мне надоело. Зачем мучить и его, и себя? Хватит.
– И ты все оставляешь Виктору?
– Да. У меня есть деньги. И я не хочу более пересекаться с мужем. Ни к чему хорошему это не приведет. Редко, когда дружат после развода. Да и зачем? У каждого своя жизнь. Я никогда не любила Виктора. А он был прекрасным мужем. Он ничего мне не должен.
– Ага… Значит, ты увидела Марселя и поняла, что никогда не любила Виктора…
– Как-то так…
– Сейчас Лион приедет. Я пойду.
– Не говори никому.
– А смысл?
Крис махнула рукой, а я вышла в коридор и позвонила Марселю.
– Крис ушла? – отозвался он.
– Да. Ты где?
– В исповедальне.
– Что ты там делаешь?
– Жду тебя.
– Но мы же еще не делали исповедальню. Она не готова.
– Это ты не делала исповедальню. Я ее давно сделал. На свой лад.
Он повесил трубку. И я пошла.
Глава 25
Я вошла в исповедальню, которой оказался обычный рабочий кабинет. Стол, два кресла, полка с книгами, окно за скупыми жалюзи… и Марсель… В этой своей то ли рясе, то ли ризе, волосы собраны в аккуратный, маленький хвостик, а еще…очки в тонкой оправе, которые необычайно ему шли и придавали солидности.
Я стояла, растерянная, озиралась по сторонам, то и дело поглядывая на Марселя.
Он дал мне время поозираться и прийти в себя. Насколько это возможно. Потом встал и жестом указал на стул напротив его стола.
– Садись.
И сам сел, словно подавая мне пример. И снял очки.
– Да, – слабо вякнула я, прошла на цыпочках, и аккуратно села на стул.