– У меня нет права отпускать грехи.
– Что? – не поняла я.
– У меня нет права отпускать грехи, – повторил Марсель.
– Ты не отпускаешь грехи? – никак не могла взять я в толк. – Как это? Почему?
– Я не священник, Лиза, – тихо сказал Марсель и взглянул на меня.
Я сошла с ума… Вся моя жизнь взяла и разрушилась. Вот прямо сейчас. Я еще не осознала точно, почему именно сейчас и что меня так поразило, но я была уверена, что вся моя жизнь, похожая на карточный домик, разлетелась. Карты спланировали под стол Марселя.
– Как это? А кто ты? – протянула я.
– Психолог.
– Пси-хо-лог?
– Да. Скажем так, духовный психолог, благословленный святым католическим отцом на эту мою деятельность.
Марсель опять взял себя в руки. Мои же руки, напротив, опустились. Поэтому повела я себя из рук вон нагло. Руки, руки, черт… Как хочется его убить вот этими вот руками…
– Ага… Вот как… Ты – мирской человек? – прошипела я.
– Да.
– И нет никакого обета безбрачия?
– Конечно, нет.
– Но ты ходишь в этой своей мантии, или как там еще… Для чего?
– Чтобы пациентки соблюдали субординацию. Видишь ли, часто случается, что женщины влюбляются в мужчину, который принимает участие в их жизни. Я ведь сочувствую, советую… Поэтому я называюсь духовным психологом и ношу церковную одежду.
– Пациентки, – протянула я. – Для тебя я сейчас очередная пациентка? – с ненавистью спросила я.
– Нет, но…
– Ты успел выучиться на психолога за то время, что мы не виделись? – резко оборвала его я.
– Закончил курсы, к тому же, у меня своих знаний было достаточно. Мне просто нужно было получить разрешение на деятельность.
– И ты работал психологом?
– Духовным психологом. В храме. В том храме, который я сам и строил. Именно поэтому я тогда уехал в Италию… Так что… видишь, как все сложилось… один к одному… тогдашнее мое состояние… и каждый день беседы с падрэ…
– Здорово придумал. Все сложил стопочкой. Молодец. Нет, правда, – дрожащим голосом сказала я. – Ты молодец. Честно говоря, я думала, ты никогда до этого не дойдешь… что ж… Почему я узнаю об этом только сейчас?
Марсель вздернул брови, а я смутилась. В самом деле, какое я имею право так с ним разговаривать? Это же моя жизнь рушится. А у него все сложилось.
– Прости, – нервно бросила я. – Я хотела спросить… Мы ведь были… ммм… близкими… друзьями… Почему ты ничего мне не рассказал об этом?
– И не только об этом, но и о многом другом, – тихо протянул Марсель. – Прошло пять лет, Лиза. Ты тоже со мной не очень-то откровенничала, не так ли?
– Потому что ты… я думала, ты священник, у тебя обет безбрачия…о…. в том смысле, что ты так поменялся, что уже и не тот Марсель вовсе, которого я знала, а совсем другой человек. Ты же никогда не давал расспрашивать себя об этом… об этой…. своей рясе… или ризе… или как там ее… о боге… религии… обо всем этом… Ты что, просто морочил мне голову этим маскарадом? Черт возьми, Марсель! Я ведь всегда сомневалась в этом твоем спектакле! Я хотела тебя расколоть!
– Ну, успокойся, выпей воды.
Марсель принялся наливать воду из графина в стакан.
– Это тут специально для таких вот… соплей, да? Господин психолог…
– Выпей, тебе станет полегче. Здесь даже можно курить.
– Пошел ты к черту! – рявкнула я, и бросила в него стакан с водой.
Мне стоило больших усилий держать себя в узде. Говорить спокойно, как священник и психолог сразу, разводить мосты, находить консенсус, но знала бы она, как это чертовски трудно, так себя держать и говорить все эти праведные вещи, когда я думал, что вся моя жизнь в очередной раз рухнула. Я думал, она просто бесится потому, что я, в некотором смысле, ставлю ее на место и щелкаю по носу. Она, возможно, была не против стать моей любовницей. Или даже очень этого хотела. Но я не думал, что это серьезно. Скорее, она просто чувствовала себя уязвленной.
Я должен сейчас объяснить ей, что в ее жизни все прекрасно. Что Виктор – тот, кто ей нужен. И что ей пора забыть меня и рожать детей. И не тешить себя иллюзиями или планами мести. Когда-то я уже подвел ее, не дав того, чего она хотела. Ей это дал Виктор. Увидев меня, она снова переключилась на меня, забыв о том, кто и что для нее собственный муж.
Как бы мне не хотелось быть снова вместе в ней… Я не имею на это права… Однажды я уже сломал ее… Отобрав ее у Виктора, чего я добьюсь? Ничего. Она снова вернется к нему. А он может ее не принять. Любовную связь, страсть, очень трудно скрывать, когда находишься так близко…