Мне пришлось немного поиграть роль хозяйки.
– Что случилось, мам? Почему ты так рано и без предупреждения?
– Да вот, слухами земля полнится, потому и приехала лично все увидеть. Слухи, оказывается, не врут.
– Не врут, но слишком преувеличивают и забегают вперед, – фыркнула я и тоже, наконец, села за стол.
Это кто же так подсуетился? Не Кристина же!
– Кто же такой резвый? – тоже поинтересовался Марсель, но вопрос был скорее риторический, так как Роза на него отвечать не собиралась.
– И какие у вас дальнейшие планы? – спросила она. – Лиза, ты замужем?
– Вы ведь знаете от своих осведомителей, – пожала я плечами.
– Но хотелось бы более точной информации.
– Я собираюсь подать на развод.
– А муж в курсе?
– Муж скоро приедет из командировки.
– Хороший будет ему подарок.
– Что поделаешь. Такова жизнь, – сказал Марсель, допил кофе и встал. – Я в ванную, умываться.
– Но, – только и сумела сказать я, да было поздно.
– Что ж, – начала Роза, когда мы остались одни. – Зови меня Нико, хорошо?
Я пожала плечами и стала собирать со стола чашки.
– Сиди. Не суетись. Я приехала поговорить. А не ссориться. Вернее, я приехала попросить у тебя прощения.
– Что? – изумилась я.
– Мы же обе понимаем, что я перед тобой виновата. Перед тобой и своим сыном. Я научилась признавать свои ошибки.
Мы немного помолчали.
– Я очень люблю вашего сына, – сказала я.
– Знаю. Теперь я это поняла. Лучше поздно, чем никогда. Кстати, давно вы вместе? Если ты понимаешь, о чем я.
Я понимала.
– Со вчерашнего вечера.
– Вот вчера-то мне и позвонили.
– Кто?
– Не знаю. Доброжелатель, – хмыкнула Роза. – Кто-то крысячнитает у тебя под носом, Лиза. Не боишься скандала?
– Не боюсь. Но скандала не хочу.
– Я потому и приехала. Я уже давно не лезу в жизнь сына. Но такое дело… Рой носом.
– А есть ли смыл? Я подаю на развод.
– А имущество?
– У меня свое есть.
– Как знаешь.
Тут и Марсель появился.
– Поговорили? – хитро спросил он. – Мама, хочешь, сяду за руль твоей машины и доставлю до дома?
– Было бы неплохо. Если Лиза не против.
– Я не против. Я вызову такси. Поезжайте.
Марсель быстро поцеловал меня, а Роза, уже на пороге, сказала:
– Мне звонила молодая женщина. Если это не воздыхательница Марселя, то на твоего мужа кто-то имеет виды.
Я закрыла дверь и передумала звонить на работу. Сейчас приеду и сама разберусь. Я вызвала такси, быстро привела дом в относительный порядок, умылась, оделась и сделала себе еще одну чашку кофе. Все это время я размышляла над ситуацией.
Звонившая девица явно работает у нас с Виктором в ресторане. Интересно, что ей нужно? Если ей нужен мой муж – это самый лучший вариант. Но зачем она звонила матушке Марселя? Почему не позвонила Виктору? Это какая-то особая стратегия? И кто это может быть? Да кто угодно. Любая официантка. Молодые, красивые, современные девушки, все они мечтают выйти замуж за состоятельного мужчину. Замужних девушек у нас мало. Те, которые выходят замуж, обычно покидают наш ресторан. Мужья против. И вряд ли охота идет на Марселя, я сама только вчера узнала, что он мирской человек. Значит, охота идет на Виктора. Я бы с удовольствием побеседовала со звонившей. На что она рассчитывала после звонка матушке Марселя? На что-нибудь. Так, наверное, ткнула пальцем в небо. Совершенно зря. Только выдала себя. Кто предупрежден, тот вооружен. А может, звонившая ждет моих действий? Например, она ждет, что я как можно скорее подам на развод.
Надо будет присмотреться. Вычислю девицу – дам ей флаг в руки. Если она того достойна. Все-таки, муж. Хороший человек. Первой попавшейся девице такое сокровище просто так в руки не отдашь.
… Из кабинета я позвонила Ирис и велела принести завтрак. Ирис – администратор. Пришла к нам, едва окончив школу и начала с того, что мыла посуду. А теперь она наша с Виктором правая рука. Если бы я любила мужа, я бы здорово его ревновала к этой девице. Она моложе меня. И симпатичная. Может быть, поработать в этом направлении? Когда-то я свела сестру с Лионом и у меня получилось. Почему бы не повторить? Не важно, кто звонил матушке Марселя, Ирис – отличный вариант. Сумела сделать за короткий срок неплохую карьеру. Потому что была старательна, послушна и не заносчива. Идеальная жена Виктору.
– Ваш завтрак, мадам.
– Заходи, Ирис. И сядь со мной, пожалуйста. Мне нужно с тобой поговорить. Ты завтракала?
– Да, спасибо.
– И когда ты только все успеваешь… Кофе? Чай? Сок?
– Если можно, минеральную воду с лимоном.
Прямое попадание в цель.
– Скажи, а ты любишь глинтвейн?
– Не очень.
– Отлично. – Я взяла телефон. – Алло, Жан, принеси мне бокал минеральной воды с лимоном. И поживее. Ну, Ирис, рассказывай.
– Что?
– Как ты поживаешь.
– Что-то случилось, мадам?
– Возможно, случится. Я подумываю сделать тебя управляющей.
– Ой… А вы?
– А я буду заниматься католической гостиницей.
– Боюсь, я не справлюсь.
– Ничего, мы тебя подучим. Отправим на заочные курсы. Получишь диплом. Это прекрасная перспектива. Думаю, Виктор не будет против. Нет, я уверена. Скажи, ты так и живешь с матерью и братьями?
– Мать умерла, братья женились, у меня три племянника, поэтому, конечно, я уже давно арендую квартиру недалеко от работы.
Я улыбнулась.
– Значит, прибавка к жалованью явно не будет лишней.
Тут у Ирис зазвонил телефон. Она ответила, извинившись, и замолчала. Слушала, наверное, не больше минуты, но побледнеть успела. Что там у нее еще случилось? Не стоило вникать, наверное, в ее личную жизнь. Работала девочка, пусть и дальше работает, а то начнешь переживать. Если Ирис уйдет с работы, кем ее заменить?
– Ну, что там? – поторопила я Ирис, которая держала телефон дрожащей рукой.
– Что? – спросила она белыми губами.
– Что случилось? – повысила я голос, теряя терпение.
– Мсье Виктор… Он… Попал в аварию. Сейчас находится в реанимации.
– Черт! – я вскочила и начала ходить по кабинету. – В какой он больнице? У нас есть своя. Ему нужно туда. Там отличные специалисты и…
– Он в реанимации, – резко сказала Ирис. – Его не могут сейчас никуда перевезти.
Она повысила на меня голос? Бледная Ирис с белыми губами и трясущимися руками. Стоп. Почему она сейчас переживает за моего мужа так, как за него должна переживать я? А я? Я переживаю? Я села и глубоко вздохнула. Конечно, я переживаю. Но не так, как Ирис. А еще… наверное, это ужасно, но я раздосадована тем, как не вовремя это случилось. Как теперь уйти от Виктора? Бросить его больного? Я не смогу. Я закурила.
– Номер больницы? – спросила я Ирис.
Губы меня плохо слушались. Вот сейчас мне тоже стало плохо, как и Ирис. Но я переживала далеко не за одного Виктора. Как это интересно. Ирис влюблена в Виктора? А он знает? Вряд ли.
– Мадам? – вклинисля мне в мозги испуганный голос Ирис.
– Что? – очнулась я.
– Вы просили номер больницы.
– Да.
Ирис назвала. Я кивнула головой, потушила окурок и встала.
– Остаешься за старшую. А я в больницу. И еще. Завтра порекомендуй мне человека на твое место. Желательно двух. Принеси анкеты.
– Завтра? Но…
– Без «но». Сейчас здесь необходим полноценный заместитель, а ты найди администратора. Давно надо было это сделать. Почему ты молчала? Себя надо ценить, Ирис.
– Вызвать вам такси?
– Зачем. У меня есть машина.
– Вы справитесь?
– Справлюсь. Я сильная. Ну, иди. Управляй.
– Да.
– Ирис.
– Что?
– Будь добра, освободи кабинет и займись делом.
– Ох, да.
– Может, тебе выпить успокоительного?
– Нет, я тоже… справлюсь. Я тоже сильная.
Ирис выпорхнула за дверь. Бедная, влюбленная Ирис. Наверное, я кажусь ей ужасной стервой. Не удивительно. Я тоже чувствую себя ужасной стервой. Муж в реанимации, а я больше переживаю не за него, а за нас с Марселем. Ну и что? Я имею право! Пять лет, украденных из моей жизни! Да. Я имею право.
Пока я шла до машины, даже вспомнила Достоевского. Тварь ли я дрожащая или право имею? Может, я и тварь. Но не дрожащая. И право имею. На все двести процентов.