– Вам не кажется, что что-то горит? – спросил он у карлицы, стараясь, чтобы голос звучал как можно невозмутимее.
Карлица зыркнула на него и исчезла под стойкой. Владимир Сергеевич посмотрел, как она скрывается в коридоре с прижатым к груди красным огнетушителем, прихрамывая и переваливаясь с боку на бок, словно утка, затем выждал несколько секунд и ринулся за стойку.
Наконец-то заветная гостевая книга, в которую он так жаждал заглянуть, попала к нему в руки. Он судорожно листал страницы тяжелого гроссбуха, одновременно прислушиваясь к шорохам. От напряжения пальцы дрожали и отказывались подчиняться. Владимир Сергеевич дошел до нужного ему временного отрезка. От перевозбуждения он не рассчитал силы и рванул листок книги слишком неосторожно. Звук рвущейся бумаги, казалось, громом прорезал повисшую в вестибюле тишину. Мужчина замер в ожидании. Ему уже привиделось, что сейчас на его голову обрушится гнев уродливой старухи. Она хоть и была невысока ростом, но пугала до жути. Но ничего такого не произошло. За стойкой никто не появился.
Переведя дыхание, Владимир Сергеевич пригладил оторвавший уголок пожелтевшей страницы, поставил указательный палец на первую строчку и медленно повел его вниз, пробегая по неразборчивым записям глазами.
– Есть! – палец уперся в размытые чернила. – Кузнецова Наталья, Кузнецова Соня. Тринадцатый номер. Заселились в отель 21 мая 1992-го…
Палец Владимира Сергеевича снова забегал по странице.
– … а выехали… Черт! Почему нет информации о выселении? – пробурчал мужчина себе под нос.
Громкий хлопок заставил его вздрогнуть и захлопнуть книгу. На лбу моментально выступила испарина. Хлопок повторился уже ближе, прямо над головой Владимира Сергеевича. Он выпрямился, судорожно озираясь по сторонам и сразу увидел источник шума. На стойке сидел черный ворон и наблюдал за ним. Птица помялась с ноги на ногу, расправила крылья и ударила ими по воздуху, отчего и образовался звук, напугавший постояльца.
Владимир Сергеевич стер пот со лба и покачал головой.
– Ну и напугал же ты меня, приятель!
Ворон внимательно посмотрел на мужчину, покрутил головой и громко каркнул.
– Да тише ты! – схватился он за голову. – Брысь отсюда!
Владимир Сергеевич махнул рукой, прогоняя птицу со стойки. Ворон взлетел в воздух, издал крик, явно выражающий недовольство таким отношение к его персоне, покружил немного под самым потолком и исчез из вестибюля, скрывшись в одном из коридоров.
– Что вы здесь забыли? – раздался откуда-то снизу противный скрипучий голос карлицы.
Владимира Сергеевича снова прошиб холодный пот. Он машинально вытер его тыльной стороной ладони и перегнулся через стойку.
Карлица, с перепачканным сажей лицом, стояла у стойки, держа в руках огнетушитель, на котором были заметны следы недавнего использования. Она буравила грозным взглядом лицо наглого постояльца, посмевшего вторгнуться в ее владения.
– Здесь была птица! – промямлил Владимир Сергеевич. – Большая такая черная птица.
В подтверждение своих слов он поднял со стойки маленькое пуховое перышко, которое ворон удачно обронил, и показал старухе. Она одарила постояльца презрительным взглядом, от которого ему захотелось провалиться сквозь землю. Он постарался незаметно задвинуть книгу поглубже, где она лежала до того, как он ее взял, и бочком выбрался из-за стойки.
– Здесь была птица, – зачем-то повторил Владимир Сергеевич.
Карлица молча прошествовала на свое законное место. Когда она скрылась из виду, Владимиру Сергеевичу стало легче. Он ее не видел, но слышал за стойкой ее сопение.
– Пожар, кстати, удалось потушить? – постоялец оперся на стойку локтем.
Из-под стола показалась голова карлицы, заставив мужчину тут же отпрянуть.
– Это не ваша забота! – прорычала карлица.
Владимир Сергеевич поднял вверх руки, капитулируя.