– Владимир Сергеевич Кузнецов… – управляющий перегнулся через стол и пожал гостю руку. – Чем могу быть полезен?
– Можете. Несомненно, можете! – постоялец явно был чем-то расстроен.
– Я к вашим услугам! – Мелехов откинулся на спинку кресла и сцепил руки в замок прямо перед собой.
– В первую очередь, прекратите рассказывать всем, что я сумасшедший! – вспылил Владимир Сергеевич.
Он вскочил со стула, нервно топнул ногой, а затем, немного успокоившись, сел обратно и сцепил руки, отзеркаливая собеседника.
– Разве я лгал? Вы ведь провели некоторое время в психиатрической лечебнице? – пожал плечами Мелехов.
– Это вас не касается! И вообще, откуда вы об этом узнали?
– Я много чего знаю, господин Кузнецов, – управляющий улыбнулся во весь рот, чем еще сильнее разозлил собеседника.
Владимир Сергеевич с силой ударил ладонью по столу, попытался снова вскочить со стула, но потом, видимо, передумал и просто поерзал на сиденье.
– У вас здесь люди пропадают! – выпалил он вдруг.
– Хм… Может быть у вас доказательства имеются? А то как-то это все голословно…
– Имеются! Моя жена и дочка останавливались в вашем отеле в девяносто третьем. А потом они пропали!
– В девяносто третьем много людей пропало… – развел руками управляющий. – Времена, видите ли, были неспокойные.
– Не заговаривайте мне зубы! – Владимир Сергеевич сунул трясущийся от волнения палец почти в лицо Мелехову, отчего тому пришлось отпрянуть. – Это вы причастны к их исчезновению!
Мелехов встал, размял затекшие конечности и вальяжно прошествовал к шкафу.
– Когда вы говорите они останавливались в «Грезах»? – он обернулся на постояльца, водя пальцем по многочисленным корешкам плотно стоящих на полке папок.
– В мае девяносто третьего года, – как-то робко выдавил из себя Владимир Сергеевич.
– Ага, вот она, – Мелехов выудил из шкафа пухлую картонную папку и шлепнул ее на стол.
Усевшись обратно на свое место, управляющий раскрыл папку за девяносто третий год и пролистал ее до майских записей.
– Ну вот, пожалуйста, – он пододвинул документы Владимиру Сергеевичу. – Кузнецова Наталья, Кузнецова Софья. Заселились в тринадцатый номер двадцать первого мая. Это ваши жена и дочь?
– Мои, – кивнул гость, вытянув шею и заглянув в записи. – Как раз после этого они бесследно исчезли! Куда они делись, по-вашему?
Мелехов вернулся к записи. Его указательный палец снова побежал по строчкам.
– Ага, смотрите, они выехали из отеля спустя два дня, – он посмотрел на постояльца и удовлетворенно откинулся в кресле.
Владимир Сергеевич прочел записи и нахмурился.
– И куда они выехали?
– Не могу знать, – развел руками управляющий. – Они же покинули отель.
Владимир Сергеевич на некоторое время растерялся, а потом с новой силой набросился на Мелехова.
– А как вы объясните, что вместе с ними исчез и сам отель?
Мелехов казался озадаченным.
– Что вы имеете в виду?
– А то, что я был здесь, искал свою семью, но никакого отеля на этом месте не нашел! – Владимир Сергеевич все же вскочил со стула и теперь нервно расхаживал по кабинету.
– А вы хорошо искали? – пошутил управляющий.
– Не делайте из меня идиота! – палец постояльца снова замаячил перед лицом Мелехова. – Я тридцать лет пытался попасть сюда! Но каждый раз, когда я приезжал по адресу, отеля здесь не было. И никто о нем ничего даже не слышал! Как вы это объясните, а?
Мелехов снова сцепил руки и теперь монотонно раскачивался в кресле.
– Присядьте, Владимир Сергеевич. Вы слишком разнервничались.
Постоялиц неожиданно послушался и уселся на стул. Этот разговор явно вымотал его.
– Вы давно консультировались со своим лечащим врачом? – осторожно спросил управляющий, с сочувствием глядя на раскрасневшегося гостя напротив. – Кажется, у вас обострение…
– Не смейте! – снова разозлился Владимир Сергеевич. – Я не сумасшедший. Я говорю правду, а вы пытаетесь меня дурачить! Я этого не потерплю!