– Погоди! Твой отец мне сказал, что разговаривал вчера вечером с родителями, а утром они исчезли! – в голове у Егора начала складываться страшная картина.
– Прости, – Катерина опустила глаза.
– Ты хочешь сказать, что этот ваш приказчик Архип вот так же, как ту девушку, забрал моих маму и папу и скормил демону?! – Егор вскочил с дивана, сжал руки в кулаки и подскочил к зеркалу.
– Возможно, они еще живы… – прошептала Катерина.
Она с сожалением смотрела на мальчика. Он едва не плакал.
– Харитон навлек проклятье на весь наш род! – пыталась она оправдаться. – Обязательство передавалось из поколения в поколение, от отца к сыну. Каждый должен был тридцать три года отслужить демону, чтобы обрести свободу. А у моего отца не было сына…
– Погоди… То есть ты следующая? – Егор опешил, но Катерина покачала головой.
– Отец нарушил договоренности с Молохом. Он хотел спасти меня… А теперь должен будет служить демону вечно…
– Как это? Вечно?
Катерина развела руками.
– Когда Молох узнал об обмане, то сжег постоялый двор со всеми его обитателями… – Егор отшатнулся от зеркала. – А ровно через год «Грезы» восстали из пепла, чтобы собрать новую порцию душ...
– А что будет, когда он ее соберет? – шепотом спросил мальчик.
– Отель просто исчезнет до следующей жатвы…
Егор попятился назад и сел на диван. А Владимир Сергеевич-то оказался вовсе не сумасшедшим!
ГЛАВА 18
Тяжелая железная дверь подвала распахнулась, ударившись по инерции о каменную стену. Узники замерли в камерах и обратили взоры на пляшущий в проеме огонек масляного фонаря. Появившийся вслед за ним Архип, тяжело отрывисто дышал. Девушка-блондинка, безвольно висящая у него на плече, пребывала почти в беспамятстве. Лишь однажды она издала протяжный стон, и снова отключилась.
Архип взмахнул цепью и прошелся ею по металлическим прутьям одной из решеток, нагоняя ужас на и без того перепуганных людей в камерах. Обычно ему нравилось издеваться над ними. Приказчик чувствовал их страх. Он будто витал в тяжелом воздухе подвала. Но сегодня настроения не было. Все пошло наперекосяк, и это надо было как-то исправлять.
Архип не понимал, откуда в коридоре взялся мальчишка. Обычно он предвидел такие вещи и всегда был очень осторожен. Только паники ему сейчас не хватало! Под конец жатвы было все труднее и труднее. Ресурс иссякал, а работы только прибавлялось.
Он шел по коридору, подволакивая искалеченную ногу и думал, что скажет Мелехову? Как объяснит свою промашку? Что-то не так было с этим пацаном. Пахло что ли от него по-другому? Можно было, конечно, закинуть его на второе плечо и отправить к маме и папе, но правила… будь они неладны!
Архип остановился возле одной из камер, открыл решетку и легко, будто девушка на его плече была невесомой, закинул ее внутрь. Блондинка застонала, ударившись о бетонный пол, но в себя не пришла. Приказчик закрыл за собой решетку и поспешил уйти.
Едва огонек его фонаря скрылся за дверью, узники оживились. К блондинке приблизилась женщина, склонилась и потрепала за плечо. Позади в углу камеры жался к стене мужчина. Он жалобно всхлипнул.
– Юра, помоги мне ее поднять! – распорядилась женщина. Ее муж безропотно встал и подчинился.
Они вдвоем подняли блондинку, оттащили вглубь камеры и привалили к стене. Девушка застонала, резко открыла глаза и, увидев перед собой незнакомые лица, пронзительно завизжала.
– Да тише ты! – мужчина зажал ей рот ладонью. – Не ори!
– Где я? – она озиралась по сторонам, часто моргала, пытаясь заставить глаза привыкнуть к темноте. – Кто вы такие?
– Коллеги по несчастью, – горестно усмехнулась женщина. – Я Наталья, это мой муж Юра. – Она указала на мужчину, сидевшего рядом на корточках.
– Меня зовут Света, – представилась блондинка. – Что произошло? Моя голова… Она как в тумане…
Света схватилась за голову, сильно сжала ее руками, будто это могло помочь ей привести путающиеся мысли в порядок.
– Ты разговаривала с Мелеховым? С управляющим? – спросила Наталья.
Блондинка неуверенно кивнула.
– Он тебе что-то пообещал?
Света часто заморгала и в глазах появилось прозрение.