— Нет! Я не поеду! Мэтт, пожалуйста.
— Поезжай. Тебе не стоит находиться здесь. Не волнуйся, я быстро вернусь. – подруга берет меня за руку и уводит на улицу.
В машине мы с Эр почти не разговаривали, чтобы лишние уши ничего не слышали. По приезде в отель, я просто плюхнулась на диван и начала реветь как маленькая девочка.
— Милая моя, все прошло. Мэтт большие никому не позволить к тебе приблизиться. Ну дорогая, успокойся, пожалуйста.
Она обняла меня и не отпускала пока я не перестала плакать. Я не очень хотела говорить о случившемся, ведь даже Эр я многое не рассказывала о своей жизни. Мне просто стыдно говорить о таком.
А Эрика и не расспрашивала, она заводила различные темы, чтобы я отвлеклась. Но мыслями я была с Мэтью. Вдруг с ним что-то случится?
И еще я боялась, что Мэтт больше не будет со мной даже просто общаться, я уже молчу про остальное…
Эр настояла, чтобы я приняла душ и смысла всю потекшую косметику. Я не стала идти в комнату Мэтта, и пошла в свою.
После, мне стало заметно легче. Но щека так и горела пламенем, возвращая меня в те, воспоминая которые я так старательно пыталась забыть.
Меня начало морозить, и я надела легкий белый свитер и темные леггинсы. Волосы предпочла убрать в дульку. Я еще хотела как-то замаскировать свои синяки, но не стала.
Когда я вышла в гостиную. Эрика сунула мне в руку бокал вина и сказала выпить все до дна.
Именно так я и сделала. И на одном бокале не остановилась.
Уже прошло два часа с момента нашего приезда в отель. Я взяла телефон и набрала номер Мэтта, как только пошел вызов, он сбросил звонок. И мы услышали, что со стороны лифта кто-то идет. И слава богу это были Мэтт и Генри.
Эр сразу бросила к Генри, а я не знала, могу ли сделать так же.
Мэтт шел, пристально смотря на меня. Он со злостью отшвырнул свой галстук. Сжал руки в кулаки, которые были разбиты в кровь. Перед глазами вспыхнула картина как в прошлом Витя шел на меня так же только с одной целью...
Я неосознанно сделала шаг назад. И Мэтт, увидев это остановился, смотря на меня не понимающим взглядом, а потом расслабил руки и выставил их перед собой.
— Дорогая давай оставим их наедине. Мэтт на связи. — больше они ничего не сказали, и просто ушли.
Меня это немного напугало. Впервые я побоялась остаться с Мэтью наедине.
— Я напугал тебя? Мышонок прости, я не могу причинить тебе какой-либо вред. Иди ко мне маленькая моя, прошу не бойся. — он смотрит на меня так же нежно, как и прежде, подходит медленно будто, боится спугнуть.
Слезы сами полились из моих глаз, и я упала в объятия Мэтта.
— Ну-ну. Все прошло. Больше этого никогда не повторится. И я прошу тебя. Никогда больше не сомневайся во мне. Как я могу что-то сделать с тобой? Я просто вспомнил как этот урод держал тебя на коленях. Злость снова мгновенно вспыхнула во мне. Я не хотел тебя пугать. — Мэтт вытер мои слезы, взял за скулы и посмотрел в мои глаза. — О чем говорил этот убогий? Что он с тобой делал?
Я расширила глаза и потеряла дар речи. Уж кто-кто, а Мэтт точно не должен знать об этом.
— Здесь и сейчас Катерина! Я хочу знать все что с тобой случилось. В том числе и твое прошло с этим утырком.
Глава 15
— Мэтт, пожалуйста…
— Говори! — усадил ее на диван, а сам сел перед ней на корточки, положив свои руки ей на колени.
Она молчала несколько минут. Я не давил на нее и ждал, пока она решится.
— Первое время все было хорошо. Но не за долго до свадьбы он был сам не свой, нервный, злой. Я не спрашивала ни о чем. Но потом все-таки решила выяснить, что происходит, может смогла бы ему чем-то помочь. Но он лишь накричал на меня. А спустя день... он стал сам на себя не похож. Он кричал что-то невнятное, раскидывал вещи, и когда я попробовала его успокоить, он... он меня ударил, схватил за волосы и закрыл в комнате... на неделю... Заходил ко мне раз в день. Говоря о том, как я должна себя вести после свадьбы. Когда я пыталась что-то сказать, он начинал меня бить. Если я плакала, это его бесило, и тогда он избивал до своего удовлетворения. Мог просто рукой по голове. Кулаком. Швырял об стены, иногда пинал. У меня даже было сотрясение. Все это время он не приносил мне ни еды, ни воды. После трех дней я перестала вообще реагировать на все происходящее. Я сидела в углу комнаты, прижав колени к себе... сидела и не понимала, что случилось с тем парнем, которого я полюбила? Мое молчание выводило его еще сильнее, и тогда... тогда он... — я вижу, как тяжело ей говорить, голос дрожит, руки трясутся, она копается в рукавах свитера, чтобы хоть как-то это скрыть, с глаз капают слезы, и у меня все внутренности скручивает от такого вида.