— Вроде нормально.
— Сейчас врач подойдет, и все Вам скажет. – она проверила что-то на экране стоявшего рядом с кроватью, и вышла из палаты.
— А вот и красавица наша проснулась. – в дверях появился врач — мужчина возвратом моей мамы. – Жалобы есть?
— Нет. Пока что. Давно я здесь?
— Почти две недели.
— Ого. Так долго?
— Долго? Что вы. Некоторые вообще не приходят в себя после такого столкновения с машиной. Мне сообщить Вашим родственникам?
— Нет. Скажите, со мной все хорошо?
— До свадьбы заживет. Не переживайте. Позже у Вас возьмут кровь на анализ, и через пару дней я Вас выпишу, при условии стабильного самочувствия. Отдыхайте.
— Подождите. – врач останавливается у двери. И поворачивается ко мне. – Вы можете позвонить Мэтью Уилкинс?
— Мистер Уилкинс уже в курсе. Скоро он к Вам приедет. — улыбнулся доктор.
— Спасибо. – улыбнулась я в ответ, и он ушел.
Низ живота так неприятно тянет. Неужто была какая-то травма? Осматриваю себя и замечаю только гипс на одной руке, и бинтовую повязку на другой. Походу, я легко отделалась.
Минут так через тридцать у меня взяли кровь, и после ухода медсестры тут же в дверях появился Мэтт.
— Катерина… — он выглядит уставшим, и похудевшим, но костюм на нем, как и всегда идеально выглажен.
— Мэтью, как Джесс? – он игнорирует мой вопрос и налетает на меня, покрывая мое лицо поцелуями.
— Я так рад, боже… не передать словами как я рад видеть тебя в сознании. – его руки гладят меня по голове, а глаза блестят ярче солнца. – Благодаря тебе с ней все хорошо. Она дома с мамой.
— Она ведь все рассказала?
— Рассказала… Теперь они все под замком, на время следствия. Я докажу, что именно Амелия и Альберто причастны к смерти моего отца.
— Как?
— Много еще чего всплыло.
— Каким образом твой дядя подсунул тебе Амелию?
— Я знал, что у него есть дочь. Но видел ее, когда был еще маленьким. В десять лет он отправил ее учиться в другую страну, и с того момента я ее не видел. Поэтому ничего не заподозрил, когда встретил Амелию в Лос-Анджелесе. Теперь мне понятно, почему она вела себя так. Это Альберто вбил ей в голову идею мести.
— Они ужасные люди. Она готова была использовать ребенка для своих коварных игр.
— Не думай больше об этом. Суд сам вынесет им наказание. Они ответят за все смерти.
— Кто-то еще погиб? – волнительно смотрю в его глаза.
— Кейт… мне тяжело об этом говорить.
— Мэтью не молчи!
— Это Маша сбила тебя.
— Что?
— Тогда в ресторане Амелия, оказывается, была с тобой в уборной?
— Да. – вспоминая отвечаю.
— Она отыскала Машу, и они планировали это похищение. Одна — чтобы использовать против меня. Вторая — чтобы отомстить за Виктора. Когда Амелия сказала повременить. Маше это не понравилось, и она решила своими силами расквитаться с тобой.
— Но я ведь ей ничего не сделала! Это с ней изменял мне мой муж!
— Там все намного запутаннее, чем кажется. Я тебе расскажу, но не сейчас. Маша тоже находится под следствием.
— Виктор отмажет ее.
— Не сможет.
— Почему ты так думаешь? – все время он был какой-то взволнованный. Я вижу, что его что-то беспокоит.
— Моя Кейт… ты… мы… мы потеряли нашего малыша. – крепко держит мою руку, прижимая к своим губам.
Мне понадобилось время, чтобы осмыслить его слова, шум в ушах оглушает с такой силой, что, казалось, я сейчас оглохну. Вот почему так болит живот? Но как? Я даже не знала, что беременна.
— Нет… — тихо выдыхаю, и слезы застилают мой взор, градом скатываясь с глаз. – Скажи, что это неправда! – повышаю голос и начинаю горько плакать на всю палату.
Боль потери скручивает мои внутренности. Сердце готово разорваться на части, и это принесло бы мне покой. Но мне предстоит жить дальше с фактом смерти моего ребенка.
Мэтт крепко прижимает меня к себе и молча слушает все мои крики и проклятия, которыми я осыпаю всех причастных к моему горю.
— Прошу тебя, Катрина. Они за все ответят. Никто не останется безнаказанным! – я вижу, что ему тоже тяжело.