— Итак, — откашлявшись, продолжил Аристарх Лаврентьевич, — с сегодняшнего дня все вы…
— Извините! — донесся до нас девичий голос. — Мы чуть-чуть опоздали! Но самую малость же!
По лестнице чуть ли не скатились вниз двое запыхавшихся ребят. Разумеется, разнополых, разумеется, в такой же форме как у нас.
— Ваши имена? — холодно осведомился у них седовласый.
— Алена, — мигом ответила круглоглазая невысокая шатенка. — А это…
— Олег, — буркнул юноша, массируя плечо.
— Антон он, — ткнула его кулачком в бок девушка. — Антон! Вон и на бэйджике написано!
— Так-так. — Аристарх Лаврентьевич глянул на листок в руке, достал из нагрудного кармана маленький серебряный карандашик и два раза чиркнул им по бумаге. — Увы, но по объективным причинам вы не можете претендовать на то, чтобы занять места в штате отеля.
— О как! — раздался чей-то голос.
— Именно так, — подтвердил Анатолий Анатольевич. — Точность, вежливость и безукоризненность во всем — вот качества, традиционно культивируемые среди персонала отелей сети «Перекресток». Вы ими не обладаете в полной мере.
— Но мы… — жалобно пробормотала Алена.
— Молодые люди, не стоит искать аргументы в свою защиту, — покачал седой головой неумолимый старикан. — В этом нет ни малейшего смысла.
— А что же нам дальше делать? — развела руки в стороны девушка.
— Ступайте вон туда, — серебряный карандашик указал на небольшую дверь без таблички, находящуюся справа от лестницы, в дальнем углу холла, рядом с коридором, ведущим невесть куда. Странно, что я ее раньше не приметил, хоть по своей давнишней привычке вроде внимательно все входы-выходы из помещения зафиксировал. — Там о вас позаботятся.
Алена, похоже, все-таки хотела сказать что-то в свою защиту, но насупившийся Олег-Антон подхватил ее под локоть и поволок к двери.
Но самое странное случилось после. С того места, где стояли мы с Инной, не было толком видно, что там, за этой дверью, находится. Так, еле-еле что-то заметить можно было. И все же мне показалось, что за ней вовсе ничего и нет, одна густейшая чернота, которая словно втянула в себя опоздавшую на собрание парочку.
Глава 2
Впрочем, помимо нас этот момент приметили еще несколько человек из числа тех, кто стоял поближе к месту происшествия. Случившееся впечатлило их довольно сильно, это было заметно по встревоженным, а у кого-то, преимущественно у девушек, и испуганным выражениям лиц.
— Твою-то мать! — пробрало и мою спутницу. — Что за хрень?
— Порядок должен быть! — Аристарх Лаврентьевич сдвинул брови и обвел нас грозным взором. — Всегда и везде — в номерах, в коридорах, на кухне и, главное, в ваших головах. Нет его — постояльцы останутся недовольны. А случись такое, сразу последует что?
— Что? — пискнула совсем невысокая девушка с огромными голубыми глазами.
— Санкции последуют, — хмуро ответил за седовласого спикера стоящий недалеко от нас светловолосый парень с внешностью хрестоматийного принца из женских фэнтези-романов. — И мало никому не покажется.
— Не всем. — Указательный палец правой руки Анатолия Анатольевича подвигался влево-вправо. — Как верно заметил управляющий, порядок должен быть, потому ответственность будут нести лишь те, кто провинился. Какую именно — зависит от проступка. Да и в целом рекомендую сразу усвоить одно простое правило — все ваши действия будут так или иначе оцениваться.
— Но — объективно, — мигом добавил от себя его сосед. — Не стоит думать, что мы прямо изверги какие-то, которые только и ждут, как бы кого наказать. Хорошее в нас тоже есть. И много!
— Не стоит расхолаживать персонал с самого начала, — вроде бы и учтиво, но достаточно непримиримо заявил суровый дед, должность которого для нас теперь окончательно определилась. — Подобное крайне вредит делу. Плюс я сам хотел все им объяснить, от начала до конца. Понимаю — субординация, все остальное, но все же…
— Зато я ничего не понимаю! — не выдержав и даже всхлипнув, сообщила окружающим симпатичная высокая девушка, стоящая неподалеку от нас. — Ни-че-го! Где мы? Кто вы? Почему я вдруг — персонал? Что вообще происходит?
— Вот и результат! — обличительно заявил управляющий, указав на особу, у которой, похоже, началась истерика, поскольку она начала топать ногами, трясти в воздухе кулаками и срывающимся голосом требовать дать ей кому-то там позвонить. — Вместо конструктивной беседы теперь приходится выслушивать подобные ариозы.