– В отеле. Всегда в разных местах: в вестибюле, в коридорах, в обеденном зале… Правда, однажды я увидела ее в парке. С той, противоположной стороны здания.
– Что она делала?
– Просто стояла и смотрела на отель. Окна ресторана были ярко освещены, внутри как раз расставляли мебель. Я попыталась ее догнать, но она словно растворилась в воздухе.
– Интересно, кто она все-таки такая.
– Я не знаю. С тех пор, как в отель заселились постояльцы, она ни разу не появлялась. Сейчас меня больше беспокоят те, другие… кирие Ксенакис рассказал вам?
– О том, что вы видите прежних обитателей номеров и даже беседуете с ними?
– Звучит дико, да? – Эрика снова нервно усмехнулась.
– Да. Для тех, кто не верит в подобные вещи, – рассеянно отозвалась Хестия, по-прежнему пристально глядя на отель.
– Может, войдем внутрь? – неуверенно предложила Эрика. – Мы могли бы проверить…
– Нет, в отель я не пойду! – резко перебила Хестия. – Отведите меня туда, где стояла девушка.
Подивившись про себя такой просьбе, Эрика молча развернулась и направилась к дорожке, огибавшей основной корпус отеля. Она слышала за спиной шаги Хестии и думала о том, что вся эта затея, похоже, не имеет никакого смысла. Хестия не медиум, она не способна заглядывать в прошлое и предвидеть будущее. Что толку от ее посещения «Персефоны», если она даже не хочет осмотреть отель изнутри? Хестию интересовала незнакомка – что ж, Эрика тоже не отказалась бы узнать, кто она такая и что ей нужно. Но то, что отель населяли и другие призраки, похоже, совершенно не волновало Хестию, – во всяком случае, она не придавала этому факту большого значения.
Еще бы, с внезапной злостью подумала Эрика, сворачивая за угол основного корпуса. Хестии не приходится каждый день вздрагивать при виде очередной бесплотной фигуры и выслушивать их излияния о невозможности вернуться домой. Если так будет продолжаться и дальше, она, Эрика, просто сойдет с ума. Она боялась признаться самой себе, что, возможно, это уже происходит, и что процесс, начавшийся в ее голове, необратим.
– Вон там она стояла. – Эрика остановилась и указала в сторону парка. – Видите деревья, что растут полукругом, и за ними – кустарник?
– А где в тот момент были вы?
– На террасе.
– Это терраса ресторана?
– Да. По ступенькам можно спуститься в парк, а по дорожке – обогнуть корпус по периметру, как мы только что сделали. Увидев незнакомку, я кинулась к ней, но она юркнула за кусты и пропала. Там есть просвет между ветвями, вероятно, через него она перебралась на другую сторону.
– Сейчас вы говорите о ней так, словно она – живой человек, – заметила Хестия.
– Да, в самом деле, – удивленно согласилась Эрика. – Иногда мне кажется, что эта девушка – не бесплотный дух, а такая же, как вы или я – из плоти и крови.
– Вы, наверное, стараетесь избегать этого места?
– Вовсе нет. На террасе всегда кто-то есть: гости любят после еды выпить кофе или коктейль на свежем воздухе. Многие после этого отправляются прогуляться по парку… Да я почти не вспоминаю о том давнем инциденте. Вот где мне по-настоящему страшно – так это возле бассейна. На днях там чуть не погиб мальчик. Мне сказали, он ударился головой, когда нырял, и поэтому потерял сознание. Но мне кажется, дело в другом.
– Почему вы так думаете?
– Из-за той находки.
– Какой находки?
– Роберт что-то нашел в бассейне. В самом начале, когда мы только сюда приехали. Бассейн тогда стоял заброшенный, в нем валялся разный мусор. Роберт спрыгнул в чашу, чтобы прикинуть затраты на ремонт, и поднял нечто…
– Что именно?
– Он не показал. Но по выражению его лица я поняла, что находка оказалась не из приятных. Я тогда почему-то подумала, что это шприц, который оставляют наркоманы.
– Но теперь считаете иначе?
– Будь это всего лишь шприц, Роберт не стал бы прятать его от меня. Заброшенные здания часто облюбовывают бродяги или неблагополучные подростки… Я не кисейная барышня, чтобы скрывать от меня правду жизни. Если Роберт предпочел не афишировать находку, значит, причина была веской.
– А вы не пробовали спросить его об этом? Просто задать мужу вопрос, на который он, возможно, и ответил бы – пусть не сразу, но спустя какое-то время.
– Вы не знаете Роберта, – Эрика покачала головой. – В последнее время… Словом, чем откровеннее мой вопрос, тем выше градус раздражения, которое этот вопрос у него вызывает.