– Что? – Эрика даже остановилась.
– Если факт массового отравления подтвердится, санэпиднадзор наложит запрет на работу кухни до выяснения причин. А если, не дай бог, кто-то из пострадавших умрет, отель закроют на весь сезон. Я слышал, лет двадцать назад в этих местах произошла похожая история. В одном из отелей перетравилась куча народу, причем с летальным исходом. Отель законсервировали, а историю, как водится, замяли. Сам-то я переехал на Кос недавно, мне коллеги рассказывали… Да не волнуйтесь вы так. Все будет хорошо. Сделаем промывание, может, и без госпитализации обойдемся.
Картина в конференц-зале в целом напоминала ту, которую Эрика застала в комнате охранников, разве что была более масштабной. Пострадавшие лежали на сдвинутых вместе креслах или сидели в скрюченных позах, страдая от желудочных болей. В воздухе стоял тот же тошнотворный запах, правда, не в такой концентрации – кондиционеры здесь работали на полную мощность.
Эрика отметила, что почти все отравившиеся – мужчины, за исключением трех женщин, которые чувствовали себя явно хуже мужчин: двоих тошнило, третья громко стонала, обхватив руками живот.
Роберт и доктор Камбанарис стояли в дальнем конце зала, на небольшом возвышении, обычно использовавшемся под трибуну, где был развернут импровизированный госпиталь. Стоя возле стола с медикаментами, они о чем-то яростно спорили, увлекшись настолько, что не заметили появления врачей. Безошибочно определив наиболее тяжелых пациентов, бригады в первую очередь занялись ими. Каждому из четырех докторов досталось по три человека в более-менее схожем состоянии. Отельная медсестра металась между рядами кресел, пытаясь помочь всем одновременно, меняя тазики и разнося стаканы с водой; на ее лице была полнейшая растерянность.
– Врачи здесь, – сказала Эрика, поднявшись на возвышение.
Камбанарис обернулся и посмотрел на зал.
– Двоих я знаю, – сказал он. – Мы вместе работали на «скорой». Пойду помогу. Им не хватает рук.
– Одну минуту, кирие Камбанарис. – остановила его Эрика. – Что произошло с сотрудниками?
– Острое отравление.
– Это и так очевидно! Чем конкретно они отравились?
– Скорее всего пивом.
– Пивом? – удивленно переспросила Эрика.
Это было что-то новое: она ожидала услышать уже знакомую версию про мясо.
– Все заболевшие пили пиво за ужином. Те, кто предпочел другие напитки, чувствуют себя хорошо, хотя вчера все сотрудники ели одно и то же блюдо: мясное рагу с жареной картошкой.
– Что за пиво? Откуда оно взялось?
– Вчера утром служба снабжения получила от оптового поставщика четыре ящика. Пиво местное, производится в Салониках. Оно некрепкое, поэтому каждый из них, – Камбанарис кивнул на зал, – выпил по две бутылки. Это все, что мне удалось узнать. Конечно, необходимы тщательные анализы, чтобы что-то утверждать наверняка. Извините, мне нужно к больным.
– Подождите! Вы действительно думаете, что это пиво? – спросила Эрика, понизив голос.
Доктор бросил быстрый взгляд на Роберта, который разговаривал по телефону в паре метров от них, и увлек Эрику за собой.
– Что вы имеете в виду? – спросил он, отведя ее на достаточное расстояние от возвышения.
– Вспомните наш ночной разговор. Прошло всего несколько часов, а мои слова уже нашли подтверждение.
– Неужели вы думаете…
– Кирие Камбанарис, – нетерпеливо перебила Эрика, – все настолько очевидно, что даже у отъявленных скептиков должны отпасть всякие сомнения.
– Под отъявленными скептиками вы, разумеется, подразумеваете меня и вашего мужа?
– До этого момента вы не очень-то мне верили. Да и сейчас, похоже, все еще сомневаетесь.
– Ну, хорошо. Что конкретно вы от меня хотите?
– Анализы должны быть сделаны с особой тщательностью. Нужно проверить не только пиво, но и еду, которую вчера давали персоналу. Отравление могло наступить не за ужином, а раньше – кажется, это называется инкубационным периодом? Ищите не только возбудителей кишечных инфекций, но и следы любых посторонних веществ.
– Вы имеете в виду яд, кирия Трейси? – прямо спросил Камбанарис.
– Да! – Эрика яростно сверкнула глазами в ответ на скептический взгляд доктора. – Предвидя ваши возражения, скажу, что яд не обязательно должен быть смертельным – возможно, сотрудников просто хотели вывести из строя. Кстати, мне нужен полный список пострадавших.
– Список у медсестры. Что касается анализов, они, к сожалению, не в моей компетенции. Этим займется санэпиднадзор. Как только пострадавшие окажутся в больнице, в «Персефону» прибудет проверяющая комиссия. Ее представители изымут для экспертизы оставшееся пиво и образцы продуктов, которые попадут под подозрение. Пока ситуация не прояснится, на работу кухни и баров будет наложен запрет. Выяснение займет неделю, а то и больше. Все это время постояльцам придется питаться в другом месте. Ближайший ресторан находится в «Жемчужине Коса», а цены там немаленькие. Вам придется компенсировать расходы на питание, иначе дело закончится судом.