– Позовите сюда Ленору и Делию, – потребовала Эрика. – Устроим очную ставку.
– Спасибо, кирия Георгиу, вы можете идти, – вмешался Артур Хоупман.
Старшая горничная, поджав губы, кивнула и вышла.
Трое мужчин переглянулись. На их лицах отражались различные эмоции: у Роберта – горечь пополам с обреченностью, у доктора Камбанариса – спокойное удовлетворение, у Хоупмана – мрачная решимость. Он побарабанил пальцами по столу и сказал:
– Что ж, мы выяснили все, что хотели. Теперь я должен сообщить в полицию.
– Подождите, прошу вас! – воскликнул Роберт. – Давайте еще раз все обсудим…
– Нечего обсуждать, мистер Трейси, – сухо возразил начальник службы безопасности. – Ваша жена едва не отправила на тот свет весь отель. Нам повезло, что мы успели перехватить ее до того, как она… – он не договорил и поднялся. – Миссис Трейси, сейчас вас отведут в вашу комнату, где вы побудете до приезда полиции. У двери будет дежурить охрана, поэтому номер, который вы провернули при помощи шпилек, больше не пройдет. Мистер Трейси, у вас есть на Косе знакомый адвокат?
Роберт молча кивнул.
– Свяжитесь с ним и попросите его немедленно приехать. – Хоупман распахнул дверь и отдал необходимые распоряжения охранникам. – Миссис Трейси, прошу вас.
Эрика встала и, ни на кого не глядя, прошествовала к двери. Ее плечи были расправлены, подбородок выставлен вперед. Она шла с видом оскорбленного достоинства, и на ее лице было написано холодное презрение к окружавшим ее мужчинам.
– Я могу немного побыть с женой? – хрипло спросил Роберт.
Артур Хоупман внимательно взглянул на него.
– Если не наделаете глупостей, мистер Трейси.
– Все глупости, какие только возможно, я уже совершил, – бросил Роберт и вышел за Эрикой.
– Ну вот и все, – задумчиво проговорила Эрика, глядя в окно. – Надеяться больше не на что.
– Не говори так! – Роберт приблизился к ней, хотел ободряюще дотронуться до ее плеча, но не посмел и опустил руку. – Я найму лучшего адвоката и добьюсь максимального смягчения приговора.
– Зачем? – Эрика повернула голову и взглянула на него чуть ли не с удивлением. – Роберт, ты, наверное, еще не осознал, что именно я сделала. Это я убила всех тех людей и собиралась убить новых.
– Ты не сознавала, что творишь. Действовала в состоянии аффекта. Камбанарис прав: суд назначит экспертизу, и тебя признают невменяемой.
– Уж лучше пожизненное заключение в тюрьме, чем в психиатрической больнице. Я провела там всего полгода, но мне хватило, чтобы понять, что это такое. Нет, туда я больше не вернусь.
– Но должен же быть какой-то выход! – в отчаянии простонал Роберт. – Если бы только знать заранее… Господи, я ведь сам, сам подтолкнул тебя к тому, что ты сегодня пыталась сделать. Я виноват не меньше тебя. Если бы я не купил этот проклятый отель…
– Прекрати! – жестко перебила Эрика, но тут же смягчила тон. – Пожалуй, есть один выход, наилучший для меня. Но потребуется твоя помощь.
– Ты хочешь, чтобы я помог тебе сбежать?
– Конечно нет. Меня непременно поймают, так что и пытаться не стоит.
– Что тогда?
– Принеси мне немного жидкости из той фляги. Всего несколько капель. Я видела – Хоупман положил ее в ящик своего стола.
– Ты с ума сошла.
– Я напишу в предсмертной записке, что запасная пробирка с ядом хранилась в этой комнате, так что опасаться тебе нечего.
– Я не позволю тебе умереть. Даже не мечтай.
– Я уже все равно что мертва, – спокойно возразила Эрика. – Но, если ты не выполнишь мою просьбу, агония растянется на долгие годы. А так все закончится очень быстро. Ты станешь свободным и сможешь снова жениться, завести детей…
– Нет. – Роберт яростно помотал головой. – Я не возьму такой грех на душу.
– Тогда придется выпутываться самой.
– Что ты имеешь в виду?
– Пока ничего конкретного. Но можешь не сомневаться – выход я найду.
Роберт сел на кровать, обхватил голову руками и стал раскачиваться из стороны в сторону, пытаясь утишить терзавшую его боль. Совершенно некстати мелькнула мысль о том, что отель теперь придется продать, и вряд ли удастся выручить слишком много, ведь слухи разнесутся очень быстро, а у отеля и без того дурная слава… Роберт ужаснулся чудовищности своих мыслей и застонал от бессилия, ярости и горя.
– Скажи, что ты нашел в тот день в бассейне? – донесся до него спокойный голос Эрики.
– В бассейне? – тупо повторил Роберт.