Я допила кофе, доела вишневый пирог и взглянула на часы. Можно говорить.
— Да, я могу тебя вылечить без операции. Это одно из моих самых удачных изобретений, даже есть патент на способ лечения менисков без оперативного вмешательства.
— Слушай, а ты нормально говоришь. Значит, я тебе горло вылечил кофе и пирогом, а? — хохотнул Миша. — Значит, у меня есть шанс? Правильно, что ты мне все последние ночи снилась!
— Да, я тебя обследую на ультразвуке, подберу специальные препараты и через месяц будешь скакать, — пообещала я Мише серьезно.
Он нахмурился:
— Ты какая-то не такая. У тебя что-то случилось? С Ваней все в порядке?
Я пожала плечами и засобиралась:
— Мне пора.
— А в «Седьмой континент»?
— Уже не нужно, я тороплюсь. — Мне не хотелось продолжать разговор.
— Ты на машине? — спросил Михаил.
— Нет, поймаю.
— Подвезу.
— Не трудись, — отнекивалась я.
— Нет, подвезу, ты теперь — моя единственная надежда, личный доктор. Буду на тебя дышать, беречь. Заодно похвастаюсь новой машиной. Представляешь, приехал из «Рая», помнишь, мы там писали про мечты, то-се. И купил! Хотел новую машину купить, именно эту модель, именно этот цвет! Так что действует отель-то.
— Не на всех. У меня ничего не сбылось, а наоборот, все разрушилось, до основанья, — вздохнула я.
— «До основанья, а затем… мы наш, мы новый мир построим — кто был никем, тот станет всем», — пропел Миша. — Это теперь гимн Рублево-Успенского шоссе и Ксюши Собчак. — Тут Миша развернулся ко мне всем корпусом и посмотрел прямо в глаза. — Слушай, а ты что, вообще не воспринимаешь меня как потенциального ухажера, как мужика?
— Нет, не воспринимаю.
— Странно, ведь я лакомый кусочек. Женщины автоматически начинают на меня охоту, делают стойку, ведь я свободный, без детей, состоятельный, спортивный. Паспорт чистый. Шутить умею. Танцую хорошо! — серьезно перечислял свои достоинства Миша. Он напоминал детсадовского мальчишку, хвастающего в песочнице.
— И еще в детском саду получил первое место в больших гонках на горшках, — добавила я.
Миша оценил мой грубоватый юмор, и мы одновременно расхохотались.
«Я могу смеяться, — мысленно констатировала я. — А еще сегодня утром собиралась умирать от непереносимой боли нового дня без Алеши… Так что птица феникс возрождается из пепла. Интересно, может, все-таки воспринять его как ухажера?»
Машина у Миши оказалась очень комфортная, водил он хорошо, музыка на «Релакс-FM» расслабляла и убаюкивала, в пробку мы не попали, поэтому поездка доставила мне настоящее удовольствие. Хотелось побыстрее попасть домой и дать всем отчет о волшебном изменении состояния души, которое произошло в течение нескольких часов. Честно сказать, мне довольно приятно было встретить Мишу, который так помог мне пережить пребывание в «Раю». Я была уверена, что тоже смогу ему помочь и вылечу его с легкостью.
Как я хотела увидеть Ваню, зарыться в его русые волосы, обнять, приготовить что-нибудь вкусненькое! Я совсем его забросила из-за своих переживаний. Ничего-ничего, мы наверстаем упущенное. Или упустим наверченное?
Я вошла домой как будто после омовения в живой воде. Меня встретил пыльный коридор, разбросанные по всей квартире вещи, гора неглаженого белья и подвядшие фиалки. Где были мои глаза? Ведь у меня квартира совсем запущена, а я депрессирую. По фэн-шуй так не полагается. Срочно уборку, выброшу весь хлам, может быть, даже чуть-чуть отремонтирую, покрашу, пока Ваня у бабушки с дедушкой.
Мне так понравилась квартира Софьи Сергеевны — ничего лишнего, свет, простор и запах пирогов. Именно так должен выглядеть дом!
Для начала я наполнила душистой пеной ванну и легла в воду со стаканом апельсинового сока. В тело постепенно возвращалась радость.
Я радовалась радужным пузырькам на поверхности воды, ощущению нежности ласковой пены и полностью расслабилась в чарующем аромате. Вдруг где-то внутри меня начали появляться простенькие строчки на незатейливый мотивчик. Просто в стиле Михаила Михайловича.
Мне стало смешно. Зачем я депрессировала?