Она натянула джинсы, влезла в безразмерный дедов свитер и спустилась на кухню.
Надо было сообразить хоть какой-то завтрак. Каша, чай, хлеб нарезать. Кормить этого городского воротилу она, вообще-то, не собиралась, но раз уж он официально стал первым постояльцем за три месяца, деваться некуда — в стоимость проживания входил завтрак. Лиза не была стервой, просто хотелось, чтобы он побыстрее понял, куда попал, и перестал смотреть на «Морскую сказку» как на строительный мусор.
Шаги на лестнице приближались. Лиза замерла, сжимая в руке ложку.
Он остановился прямо в дверях кухни, оглядывая ободранные стены. Рубашка всё та же, белая, но теперь прилично помятая — видимо, пружина в люксе с видом на помойку отработала на совесть. Выглядел Панкратов уставшим, под глазами залегли тени, но спину все равно держал прямо — чисто на автопилоте со своих деловых встреч.
— Доброе утро, — выдал он, сипло прочистив горло. — Я хотел поговорить.
Лиза медленно повернулась и со стуком положила ложку на стол.
— О чём?
Хотя и так ясно. Опять начнет про реконструкцию, сметы и про то, что он тут всё равно всё перекопает, раз снести не получилось. Такие не уезжают без выгоды.
— О вчерашнем разговоре, — Арсений шагнул ближе к столу. — Я подумал ночью... В общем, наверное, я слишком резко начал. Ты вчера говорила про деда, про то, как этот отель строился. Я не хочу, чтобы ты думала, будто мне совсем наплевать на чужую историю. Это не так.
Лиза удивленно вскинула бровь. Вот это поворот. Настроилась на новые юридические подвохи, а он извиняться пришел.
— Хочешь сказать, проникся культурным наследием? — прищурилась она.
— Я хочу сказать, что не вижу смысла устраивать тут войну, — он качнул головой. — Давай попробуем найти компромисс. Раз уж мы теперь повязаны этой реконструкцией. Ты этот отель знаешь до последнего гвоздя. Твои знания могут помочь сделать его нормальным. Не под снос, а чтобы работал. Реально приносил доход. Что думаешь?
Лиза молча разглядывала его лицо. Похоже, не врет. В глазах не было той вчерашней ледяной калькуляции, когда он на стены смотрел как на груду старого кирпича. Сейчас он выглядел... ну, почти как человек. И это жутко сбивало с толку. Намного проще воевать с наглым застройщиком, чем с парнем, который внезапно включает адекватность.
— Компромисс, значит? — повторила она, пробуя слово на вкус. — То есть я должна помогать тебе ремонтировать то, что ты еще вчера хотел взорвать?
— Да, — Арсений серьезно кивнул. — Понимаю, звучит дико. Но у меня сейчас объективно нет другого выхода. Без тебя я тут дров наломаю и запутаюсь в дедовских перепланировках.
Лиза замолчала. Гордость требовала развернуться, послать его подальше вместе с его инвестициями и гордо заявить, что она сама выплывет. Но здравый смысл и глупое любопытство шептали другое: одной ей отель не вытянуть, долги задушат, а тут — реальный шанс спасти «Морскую сказку» и утереть нос городским девелоперам.
— Ладно, — выдохнула она. — Я в деле. Но при одном условии.
— Каком? — он тут же нахмурился, ожидая подвоха.
— Научишься уважать это место. — Лиза цапнула со стола вчерашний, уже прилично заветренный бутерброд с сыром, который так и остался лежать у нее за стойкой, и протянула ему на ладони. — Это вроде теста. Возьмешь — значит, договорились.
Арсений уставился на подсохшую корку, потом перевел взгляд на нее и вдруг улыбнулся. Лез по швам весь его столичный пафос, улыбка вышла совсем не деловая, даже ямочки на щеках появились. Лиза только сейчас заметила, что они у него вообще есть.
— Ладно, договорились, — сказал он, забирая бутерброд. — Но есть я это не буду, он же каменный. Лучше я тебе нормальный сделаю. На правах партнера.
Он уверенно шагнул к столу, перехватил нож, потянулся к маслу и сыру. Получалось у него, мягко говоря, так себе. Хлеб отрезал криво, кусок масла вообще упустил на пол, но возился с такой дикой концентрацией, будто совершал сложнейшую сделку в своей жизни. Лиза наблюдала за этими маневрами и чувствовала, как вчерашняя злость окончательно улетучивается. Он реально другой. Не такой, каким показался, когда вылезал из своего черного «Мерседеса».
Они уселись за деревянный стол, жуя его кособокие бутерброды. Лиза не выдержала и тихо прыснула, глядя на неровные куски сыра.
— Ты вообще когда-нибудь сам готовил?
— Честно? Никогда, — сознался Арсений. — Как-то всегда получалось, что вокруг были люди, которые это делали за меня. Но надо же когда-то начинать. — Он посмотрел прямо на нее. — Если научишь, конечно.