Но это странным образом испаряется в октябре и ноябре. Эти два месяца я проживаю как обычный, средний человек. Не смотря на свои странности, я знаю о том, что мои ощущения и восприятия жизни это не совсем нормально, точнее совсем ненормально, и не с кем этим не делюсь, даже с близкими .
Звонки от Оли прекратились, зато начались от Камилы. Не нужно особого ума, что бы понять почему после полугода молчания Камила захотела встретиться со мной. Я знала, за этим стоит Оля и ее непроходящее чувство вины передо мной , плюс повышенное беспокойство за меня. Мне стало стыдно перед ней. Я не хотела чтобы чувство вины её преследовали, тем более ни в чём особо она не была виновата. Просто случилось то, что должно было случиться и возможно всему виной предпраздничная новогодняя суета, и их с мужем небольшая оплошность. Я сама от себя тоже никак не ожидала такой реакции. Мне опять стало стыдно, даже от самих воспоминаний о том случаи. Однажды вечером, на очередное предложение Камилы где нибудь посидеть я дала согласие, выбрав тихое место и утреннее время. Утром мне будет гораздо легче изображать жизнерадостность чем вечером.
В назначенный день я наконец то решилась одеть новый шарф, цвета яркой фуксии. Судя по всему перехода в новую жизнь у меня не получилось. Яркий шарф был мною игнорирован, и отдавались предпочтения как и прежде темным цветам.
На встречу с Камилой я решила не собирать волосы и не укладывать их. Мне всегда казалось что кудряшеки делают её хозяйку более жизнерадостной, как и более яркая помада, которую я купила специально для этого дня.
Мустанг все утро не отходил от меня. Видя что я собираюсь уходить в свой выходной, который обычно провожу с ним, залез на руки и мурлыча громче чем обычно, вцепился когтями в куртку, будто не хотел отпускать. Я и сама не хотела никуда итди, и с удовольствием осталась бы дома вместе с ним, о чём ему и сказала на прощание.
Глава 9
Придя в кафе на пятнадцать минут раньше, к своему удивлению уже застала там Камилу, сидящую за дальним столиком, с двумя своими младшими дочерьми, которые уже что - то ели, и о чем - то оживлённо спорили друг с дружкой. Камила сохраняла спокойствие, не вмешиваясь в детские разборки. Она так же как и я не уложила волосы, и её каштановые пряди вились кудряшками вокруг лица, доходя до плеч. Подойдя и обнявшись с ней, мы как и двадцатьпять лет назад, стали словно школьницы. Когда-то мы были сильно похожи, словно сёстры, с вечно непослушными кудряшками на коротких волосах, болтающими без умолку. Наверное ей хотелось заглянуть в мои глаза более пристально, что бы понять что творится у меня в душе на самом деле, но она всегда была умнее и тактичнее Оли и никогда себе бы этого не позволила.
-- Жаль что Алина не пришла с вами. -- за Сказала я Камиле.
-- Она чем - то на тебя похожа, не только внешне , но и характером. Так же как и ты, она не любит общения. Мы с мужем особо не настаиваем что бы она куда- то с нами ходила.
Сказав это, Камила добавила:
-- Помнишь как ты в школе лошадей любила рисовать? Она тоже их любит рисовать.
В её голосе проскользнуло беспокойство. Наверное глядя на мою в кавычках удавшуюся жизнь, она заранее уже переживала за свою старшую дочь. Алина была моей любимицей. Младшим её дочерям как - то до моего сердца не получилось проложить дорогу. Возможно это было оттого, что я и сама больше общалась с Камилой, когда Алина была маленькой, и больше привязалась к ней из-за этого. Хотя возможно дело было во взгляде этой девочки, немного печальном и грустном. Она не по годам взрослыми глазами смотрела на этот мир. Мы вышли из кафе и решили прогуляться по городу. Посмотрев на фигуру Камилы ни кто бы не догадался сколько ей лет, и что у неё трое детей. Я тоже осталась стройной, и кудряшки у меня остались как у неё, но мы больше с ней не были похожи как в детстве, и никто бы не подумал как раньше что мы сёстры. Я стала более жесткой снаружи, а внутри была словно бесформенная масса, без внутреннего стержня. Она же наоборот, с наружи стала очень мягкой, но при этом став внутри как кремень. Я знала что это материнство сделало её такой, настоящей женщиной.
При прощание мы снова с ней обнялись и дали слово друг другу, что будем видеться чаще. Она не выдержав всё таки заглянула мне в глаза. Я хорошо провела это утро и надеялась что грусти в них она не заметила. Обняв её дочек я ушла. Почувствов что они мне смотрят в след, обернулась и помахала им. Сдав свой экзамен перед подругами хорошо, по дороге домой зашла в магазин, купила сухого красного вина и напилась. Я была рада за подругу, видя как она пытается скрыть свой живот жакетом, который ей пришлось растегнуть из-за теплой погоды. Меньше чем через четыре месяца до меня всё равно дойдёт эта новость и хотелось бы что бы в этот раз у неё родился бы мальчик. Только я не рада была за себя. Она со мной не поделилась своей радостью. Тот новогодний праздник, четыре года назад они с Олей не забыли. Можно было другим говорить что у меня случилось переутомление к концу рабочего года, или нехватка витаминов, выгорание на работе, но мы троем знали ответ, я просто как бы это проще сказать, слетела с катушек, вынудив их приглядывать за мной все праздничные дни, как за ребенком.