— Ещё будешь? — спрашивает Лурдес, когда я со звоном ставлю бутылку.
— Мне хватит, — отвечаю я. Начинается новая песня, та же самая, которую я слышала в бальном зале на вечеринке. Та же самая, которую я слышала ночью. И мне снова никак её не вспомнить. Я закрываю глаза и стараюсь отбросить всё остальное, но не могу разобрать слова. Мелодия звучит слишком медленно.
— Эй, — окликает меня Лурдес, вырывая из оцепенения. Я смотрю на неё, она возбуждена и прямо-таки пульсирует энергией. — Хочешь увидеть привидения? — шепчет мне подруга.
Я совершенно точно уверена, что не хочу, потому что ощущение такое, как будто вдоль позвоночника ползут вверх чьи-то пальцы. Но Джошуа слышит наш разговор и уже сияет безумной улыбкой.
— Не знаю, — отвечаю я, не желая быть полным ссыклом.
— Давай, Одри, — говорит Джошуа. — Ты здесь всего на несколько дней. Выжимай из них всё что можно. А это самая лучшая часть.
Ещё несколько человек вливаются в нашу беседу и уже прямо-таки гудят от волнения. Несмотря на то, что я не очень-то верю в привидения, «Руби» может заставить меня в них поверить. Но я не хочу, чтобы меня заставили поверить. Я хочу оставаться скептиком.
— Она боится, — смеётся Таня. — Ну чего тут бояться-то?
От смущения у меня пылают щёки — вот оно, давление сверстников — и я снова смотрю на Лурдес. Она поднимает брови, словно спрашивает меня, в игре ли я. Страх мой слабеет, а всеобщее возбуждение пробуждает моё любопытство.
— А ты правда видела привидения? — спрашиваю я Лурдес. Её ярко-красные губы расходятся в широченной улыбке.
— Вижу их всё время.
— Ни хрена себе, — бормочу я, вызвав у неё смешок. Затем смотрю на остальных работников отеля на крыше, что тусуются отдельно от нашей компании. Они продолжают болтать, смеяться, не обращая внимания на наш план по…
— Это называется «Разбуди мёртвых», — говорит Лурдес. — И мы играем в эту игру только когда в нашей компании появляется кто-то новенький. Так что, — дразня, добавляет она, — это всё ради тебя. Ты не можешь отказаться.
— Могу, — поправляю я. — Но в этот раз не буду. Только ты должна пообещать, что это безопасно и в меня не вселится никакой дух и ничего такого.
— Не получится. — Она быстро встряхивает головой, и Джошуа подаёт ей свою руку, чтобы помочь подняться. Таня и двое других берут свои вещи, чтобы пойти с нами.
От ужаса у меня сводит желудок, как на «американских горках». Когда я встаю, выпитое пиво даёт о себе знать, и у меня кружится голова, но это быстро проходит, и я следую за Лурдес и Джошуа, который несёт холодильник с пивом. По дороге Лурдес останавливается рядом с парнем в военной куртке и, склонившись к нему, что-то шепчет ему на ухо. Он откидывается назад, чтобы с вожделением улыбнуться ей. Она идёт дальше, а парень кивает мне и говорит, чтобы я развлекалась, словно аттракцион скоро остановится. Уже у дверей я оглядываюсь на крышу, а потом смотрю на Лурдес, которая улыбается и тащит меня за руку внутрь.
***
Вместо обычного лифта, Джошуа лабиринтами коридоров ведёт нас к лифту в задней части отеля. Перед дверью находятся металлические раздвижные ворота, а над ними висит диск с номерами этажей, больше похожий на золотые часы. Джошуа раздвигает для нас ворота, и раздаётся громкий звук лязгающего металла. Затем он задвигает их обратно, и я прижимаюсь спиной к стенке лифта, боясь, что он слишком старый, чтобы работать. Остальные выглядят совершенно спокойными.
— Где мы? — шёпотом спрашиваю я и хватаюсь за позолоченные перила, когда лифт, покачиваясь, начинает движение.
— Это лифт для персонала, — говорит Лурдес, с любовью проводя пальцами по рельефным обоям бордового цвета. — Большинство даже не знает о его существовании. Он существует здесь с самого начала.
— Он восхитительный, — отвечаю я, хотя опасаюсь, что эта коробка смерти развалится прежде, чем довезёт нас до нужного этажа.
Мы с трудом движемся вниз, в холодильнике гремит лёд, а меня официально знакомят с остальными сотрудниками отеля — Кейси, застенчивой девушкой из хозяйственного блока, и Уорреном, который казался бы милым, не будь на его лице постоянной ухмылки, как если ему известна какая-то шутка, о которой мы понятия не имеем. Мы вшестером молчим всю дорогу, пока лифт не останавливается, задрожав. Меня отбрасывает в сторону, и я ударяюсь плечом о стенку. Джошуа резким движением открывает ворота, и все быстро выходят. Я следую за ними, подняв глаза на указатель этажей, чтобы узнать, на какой мы приехали. Стрелка зависла в свободном пространстве между вестибюлем и подвалом.