Книги о так называемом «духовном», меня вообще не прельщали. Это уж точно трата времени, поэтому книги на этой полке вызвали у меня лишь только насмешку.
Влево от рецепции шел коридор с дверями ведущими в отдельные комнаты, как в номера в гостинице, а в конце коридора были двери с матовыми стеклами, за которыми видимо была какая-то большая комната с большими освещенными окнами благодаря чему и двери светились.
Вправо был другой коридор с дверями. В конце его такая же дверь, но уже комнаты без такого количества света.
За стойкой рецепции были третьи двери, в которых вдруг появилась стройная девушка, одетая как какая-то кришнаитка – длинная цветастая юбка, длинные волосы, собранные сзади, какие-то побрякушки на запястьях. Меня удивили ее большие серые глаза и совершенно спокойный взгляд. "Мда уж!" - подумалось мне.
- Здравствуйте! - сказала она, пытаясь улыбнуться, но ей все равно не удалось скрыть настороженность. Видно было, что мое появление ее не радовало.
- Здрасьте! - ответил я. – Я, это ... по объявлению в газете... Духовное развитие и ... и так далее.
- Вы уверены? – спросила она несколько оценивая меня критическим взглядом, но стараясь все также улыбаться.
- Абсолютно.
Она несколько смущенно подошла к рецепции, достала откуда-то снизу тетрадь и открыла ее положив на стойке между мной и собой.
- Вы на какой курс – випассана или ритрит?
- Э, ... что? – переспросил я.
- Вас на какой курс записать?
- А, курс! ... Можно на оба. А сколько они длятся?
- Ритрит неделя. А випассана - может быть сутки ... или трое. Может быть неделя и даже месяц. Вообще-то, это уже зависит от того, как вам скажет учитель.
- А кто у нас учитель? – попытался я пошутить и несколько разрядить возникающее напряжение.
Она спокойно посмотрела на меня своими серыми глазами и, проигнорировав мою иронию, сказала:
- Павел Петрович.
- Ну, что ж, ... – начал было я, но тут она посмотрела через меня на входную дверь, в которой появился садовник и сказала ему:
- Павел Петрович! Тут ... на курс пришли.
«Во, блин! Садовник-то у нас оказывается работает местным гуру на пол штата», - усмехнулся я про себя.
- Да-да, Надя. Хорошо, – спокойно сказал гуру-садовник.
- Я, правда, не знаю куда его записать, да и поселить ... тоже не знаю куда, - произнесла сероглазая.
- Пожалуйста, запишите сначала ретрит и випассану с группой, а потом суточный темный ритрит, – обратился он к сероглазой улыбаясь. - А там посмотрим, – перевел он взгляд на меня и тоже улыбнулся.
Меня несколько удивил набор «процедур», словно дело происходило в поликлинике у какого-то врача. «Еще только клизмы не хватает», - появился у меня в голове.
Гуру-садовник посмотрел на меня и спокойно сказал:
- Пока только это.
Мне стало как-то не по себе, словно он прочел мои мысли, но он продолжил:
- Пракшалану мы не практикуем.
- Что? – спросил я.
- Нет, нет. Ничего. Я говорю, что промывание мы не практикуем... А что касается поселения, Наденька, то лучше всего в 4-ю комнату.
- Одноместную? – услышал я некоторое удивление в ее голосе.
- Да. Для молодого человека это не проблема. Наоборот он будет даже рад, как мне кажется. Правда? – при этом гуру-садовник совершенно спокойно перевел свой взгляд на меня.
- Да, конечно! Деньги не вопрос, – сказал я и начал вытаскивать из кармана свой толстый бумажник. – Сколько?
- Надя, посчитайте, пожалуйста, пока только совместный ритрит и три дня випассаны. Хорошо? – обратился он к сероглазой.
Она пожала плечами и положив на поверхность стойки калькулятор, начала коньчиками пальцами нажимать на клавиши.
- Може быть молодому человеку еще не понравится и тогда ... , - с улыбкой добавил гуру-садовник, глядя на меня. – Впрочем, я уверен, что ему понравится.
Я отсчитал необходимую сумму и передал сероглазой. Она пробила чек на маленькой кассе в ящике стола рядом со стойкой и вручила его мне.
«Как в банке» - подумалось мне. «Ну, прям фирма».
- Как вас записать? - спросила она.
- Э ... Егоров. ... Андрей Егоров, - ответил я, назвав первую фамилию, которая мне пришла в голову.
- Надежда, приготовьте, пожалуйста, программку для молодого человека, а я пока покажу куда машину поставить. Пойдемте, – сказал мне гуру-садовник.
Мы вышли из дома и пошли вправо по дорожке.
За домом была еще большая лужайка. В отличие от того, что было спереди, она вся была в тени от высоких многолетних деревьев среди которых было много сосен. От них исходил аромат хвои. Солнце пробивалось сквозь листву, создавая под деревьями на земле яркие пятна, усыпанными иголками под соснами. Трава также была аккуратно подстрижена. Было необычайно уютно, словно я попал в какой-то курортный санаторий.