– Пустые церемонии, – усмехнулся Эльк. – Ты преувеличиваешь чувствительность квартирной хозяйки. Она тебя впустила, потому что хочет сохранить добрые отношения с твоими друзьями, которые ей платят. Но… Как хочешь. Придется теперь потерять минут сорок в Амстердаме. Я вообще не хотел заезжать в город. Мне бы не хотелось отправлять тебя ночным рейсом с пересадкой, а может, и с двумя… Нам нужно застать билеты на прямой!
– Ты очень торопишься отправить меня в Москву… – пробормотала Александра. Она ненароком произнесла эти слова по-русски. Эльк покосился в ее сторону, но не переспросил.
Спустя полчаса машина вновь ехала по пустынным, сумрачно-уютным кварталам Старого Юга. Уже совсем стемнело, и вдоль кирпичных одноликих фасадов домов зажглись однотипные фонари старинного тяжеловесного образца. Тут и там мелькали огоньки праздничной иллюминации – в преддверии Дня Святого Николая их становилось все больше. Пока машина стояла на перекрестке, пропуская трамвай, Александра любовалась сценами в крошечных магазинчиках, выходивших на площадь. В кондитерской было столпотворение: взрослые и дети торопились запастись сладкими гостинцами к празднику. Витрина была сплошь уставлена подсвеченными подносами с шоколадными арапчиками в красных шапках, имбирными лошадками и марципановыми поросятами. В булочной тоже было не протолкнуться. Крошечная девочка, которой родители доверили держать бумажный пакет с покупками, почти целиком засунула в него голову – так ее увлекло содержимое. Не решаясь без спросу что-то съесть, она наслаждалась тем, что вдыхала аромат горячей выпечки. Машина тронулась с места, пересекла перекресток и уже ехала по Конингслаан, а художница все еще видела перед собой маленькую фигурку в красной курточке на фоне сверкающей огоньками витрины.
Эльк остановил машину напротив дома Лиз де Бак, с трудом отыскав свободное место в ряду автомобилей. Взглянул на часы:
– Главное, не задерживайся. Сейчас могут быть пробки…
– Какие тут пробки! – философски заметила женщина, открывая дверцу. – Я на несколько минут…
– Я с тобой, – внезапно произнес Эльк. Хлопнув дверцей, он запер машину и оглядел улицу. – Если позволишь, конечно…
В этот момент Александра обратила внимание на то, что сперва ускользнуло от ее взгляда – у ворот парка Вондела, совсем рядом с особняком Лиз де Бак, стояли полицейская машина, карета «Скорой помощи» и еще какой-то фургончик, похожий на служебный транспорт. Эльк смотрел туда же, настороженно нахмурившись:
– Что-то случилось!
– Да, похоже. – Александра впервые видела полицейскую машину в районе Старого Юга. – Идем же, если мы и правда торопимся!
– Мы торопимся. – Эльк, встряхнувшись, галантно предложил ей руку, переводя через улицу, хотя Александра вовсе не нуждалась в подобной поддержке. – Я не заинтересован в том, чтобы ты ближайшие сутки путешествовала по пяти транзитным аэропортам. Утром у тебя встреча в Москве, помни!
Александра открыла дверь особняка Лиз де Бак своим магнитным ключом и тут же отступила, едва не столкнувшись с хозяйкой. Та как раз выходила, торопливо запахивая пальто и одновременно разговаривая по телефону. Подняв глаза на Александру, женщина возбужденно воскликнула:
– Хорошо, что вы вернулись! Полиция спрашивала о жильцах, а у меня даже нет копии вашего паспорта!
– Паспорта? – Александра оглянулась на своего спутника. Тот слегка поклонился Лиз де Бак, всем своим видом демонстрируя вежливую отстраненность от темы разговора. – Мой паспорт? Но я уже уезжаю, вернулась только передать вам ключи!
– У меня голова кругом! – призналась Лиз, прикладывая к взъерошенной макушке ладонь. – Наверное, придется задержаться, полиция хотела вас видеть… Половины жильцов тоже нет, перед праздником разъехались. Это так ужасно, впервые у нас такое! В парке, под нашими окнами, в канале, нашли труп женщины.
– Боже мой… – Александра вновь оглянулась, ища у Элька поддержки, и тот, поняв ее движение, на этот раз приблизился.
Он быстро обменялся с хозяйкой виллы несколькими фразами по-голландски. Его лицо заметно исказилось, словно от приступа зубной боли. Скривив губы, Эльк повернулся к Александре:
– Очень неприятная история. Уже была полиция… Я боюсь, как бы тебя все это не задержало. Ты должна немедленно ехать в аэропорт!
– Сперва поговорите с полицией! – настойчиво произнесла Лиз де Бак. – Я им сказала, что у меня вчера появился новый жилец, и они очень хотели вас видеть.
Эльк что-то произнес сквозь зубы по-голландски. Лиз де Бак метнула в него негодующий взгляд, явно хотела ответить, но сдержалась и вновь обратилась к Александре по-английски: