Спустившись на первый этаж, он заметил, что место, где вчера была дверь, теперь скрывала сплошная стена. Несколько минут молча стоял, смотря на неё, пытаясь осознать происходящее. Свежих следов ремонта не было, а значит, изменения не могли произойти ночью.
И тут он вспомнил слова старика о том, что выйти отсюда невозможно. Неожиданно к горлу подкатил ком. Кружка с остатками кофе выскользнула из руки. Он почувствовал резкий приступ клаустрофобии. Выхватив пистолет, начал размахивать им, кричать и требовать, чтобы его выпустили.
На его крики стали приходить постояльцы:
— Как мне выйти отсюда на улицу!? — кричал Джон. — Я не хочу здесь больше находиться!
— О чём вы говорите, сэр? — спросил его кто-то.
— Я говорю, что здесь вчера была дверь, а теперь её нет!
— Какая дверь, сэр? Здесь никогда не было никакой двери. Возможно, вы что-то перепутали — ответил ему тот же голос.
Почувствовав резкий приступ жара, он побежал к ближайшему окну. Однако добежав до него, он понял, что не может его разбить. Стекло было слишком толстым. Капкан захлопнулся, поймав Джона в свои тиски.
4
К Джону подошел молодой человек.
— Меня зовут Билли. Я здесь не так давно, но всё же постараюсь ответить на твои вопросы.
— Что это за здание? Где все работники? Почему здесь нет окон? — вопросы сыпались один за другим.
Билли немного помолчал, будто подбирая слова.
— Ты задаешь лишенные смысла вопроса. Это отель. Раз окон нет, значит они не нужны. То же самое касается и сотрудников. Я просто здесь живу.
— И сколько времени ты здесь живёшь? — недоверчиво спросил Джон.
— Я точно не знаю, может пять лет, а может и двадцать, я не слежу за календарем.
Увидев, как изменилось лицо Джона, Билли неожиданно рассмеялся.
— Это ты ещё с Генри не знаком. Его вообще никто толком понять не может, но все говорят, что он жил здесь всегда. Никто не может сказать точно, даже он сам.
— Разве кто-то будет жить в отеле так долго? Какой в этом смысл?
— Генри, иди сюда, — звонко позвал Билли, глядя куда-то в сторону. — Может, тебе удастся понять, что он говорит. Мы не знаем, на каком языке он разговаривает.
К Джону подошёл мужчина. На вид ему было лет тридцать.
— Привет. Добро пожаловать в отель, — произнёс он.
Генри говорил на староанглийском.
Джон понял его. Он был лингвистом и потому сразу это распознал.
— Привет Генри, можешь рассказать мне о себе?
— Конечно, только мне особо нечего рассказать тебе — спокойно ответил Генри. — Я не помню, как попал сюда. Помню только, что моя семья от меня отказалась. Я ушел бродить по лесу, уснул там — и больше ничего не помню до момента, как оказался здесь.
Он ненадолго замолчал.
— С тех пор я живу здесь. Мне не на что жаловаться. Есть еда, вода. А что ещё нужно человеку, которому некуда возвращаться?
Слушая рассказ Генри, Джон погрузился в собственные мысли. Ему казалось, что он попал в сумасшедший дом. Это объяснило бы толстые окна и странные речи Генри, которые он отказывался воспринимать всерьёз.
Оглядевшись, Джон насчитал около тридцати человек. Некоторые были одеты в весьма экзотичную одежду.
— У меня начинает болеть голова от всей этой информации. Я хочу отсюда выйти, где выход?
— Я могу принести тебе таблетки от головной боли, — раздался позади спокойный голос Майкла. — Тебе нужно принять реальность. Отсюда нет выхода. Но здесь у тебя есть всё, что тебе потребуется.
От этих разговоров у Джона закружилась голова.
— Нужно выпить, — сказал он. — Здесь есть виски?
— Разумеется, — как всегда вежливо ответил Майкл. — В твоей комнате есть всё необходимое. В том числе и виски.
Джон хотел задать ещё один вопрос, но внезапно понял, что это бессмысленно.
5
Джон начал исследовать этажи. На первом этаже он заметил дверь, ведущую в подвал, — она резко отличалась от всех остальных. Толстая, металлическая, больше похожая на дверь банковского хранилища, чем на обычную техническую. Взломать такую можно было только специальными инструментами или открыть ключом. Ни того, ни другого у Джона не было, и он решил вернуться к этой двери позже. В остальном все выглядело обычно.
Вернувшись к себе, Джон остановился: номер на двери изменился. Вчера это был девятнадцатый, теперь — семьдесят пятый. Тем не менее ключ с номером «19» по-прежнему подходил. Это насторожило его. Проверив ради любопытства несколько других дверей, он обнаружил, что тем же ключом можно открыть и их.
Мысль была неприятной: если он может войти в любую комнату, значит, и в его могут войти так же легко. На ночь, решил Джон, стоит подпирать дверь стулом.