– Извини, не хотел тебя задеть.
– Все в порядке. Просто в последнее время у меня в жизни случается то одно, то другое. Еще и не сплю толком…
– Это из-за ночного стука?
– Не только. – Марк видел, что Яна хочет сказать что-то еще, но не решается. Она долго молчала и, наконец, сказала: – Это вообще очень странная комната. Там постоянно что-то падает, ломается, все время жутко холодно, хотя на улице уже которую неделю стоит просто испепеляющая жара. Еще соседи надо мной издеваются: ходят по ночам, пытаются открыть дверь в мою комнату, специально пугают, а потом делают вид, что они ни при чем. Иногда мне кажется, что они хотят выставить меня сумасшедшей. И знаешь, я уже сама начинаю в это верить.
– Ну, стук мы слышали оба, так что на этот счет можешь не волноваться, – попробовал пошутить Марк. – Насколько я знаю, в той комнате, где ты сейчас живешь, довольно часто меняются жильцы. На моей памяти рекорд был месяц, остальные не выдерживали и двух недель.
– Думаешь, остальные соседи просто выживают новых жильцов? Но зачем?
– Не знаю, но, как я тебе уже говорил, от них всегда были проблемы.
– Елене Львовне уже за восемьдесят, вряд ли она стала бы этим заниматься. Наталья с сыном сейчас в отъезде, остаются Алла и ее сожитель. Получается, это все их рук дело?
– Елену Львовну я знаю всю жизнь, наши семьи жили в этом доме с момента его постройки. Она, конечно, дама эксцентричная, но безобидная, насколько я могу судить. Наталью с сыном я встречал нечасто, но раз сейчас их в квартире нет, то действительно, можно вычеркнуть их из списка подозреваемых. А вот от оставшихся двоих можно ожидать чего угодно. Слушай, если хочешь, я с ними поговорю.
– И что ты им скажешь? Не хихикайте по ночам, это пугает Яну? Да они тебя даже слушать не станут. Так что спасибо за предложение, но буду справляться сама. – С этими словами Яна встала, наклонилась, чтобы взять со стола опустевшие кружки, и в этот момент легкий шарфик, который она намотала на шею, чтобы скрывать синяки, с легким шорохом опустился на пол. Марк оказался проворнее и первым подхватил упавший шарф. Он протянул его Яне и застыл, разглядывая уже пожелтевшие пятна на ее шее.
– Что это у тебя такое?
Яна не хотела говорить, но испугалась, как бы Марк не решил, что это дело рук соседей, которые хотят выжить ее из комнаты, поэтому поторопилась объяснить:
– Представляешь, проснулась утром, а на шее синяки. Ума не приложу, откуда взялись. Мне снился кошмар, что меня кто-то душит, проснулась, а вся шея в пятнах. Может, давление во сне подскочило, не знаю…
– Ясно, – с сомнением протянул Марк, а Яна, пользуясь его замешательством, подхватила кружки и скрылась в подсобке. Пока она мыла посуду, Марк задумчиво разглядывал точно такие же отметины вокруг своего запястья.
– Сегодня я хочу вызвать специалиста, которой проверит, что может вызывать такой стук по ночам, – сказал Марк, когда Яна вернулась к столу. – Дом все-таки старый, может, такой звук издают металлические перекрытия, которые нагреваются днем из-за жары, а по ночам остывают. Или дом оседает. Или еще что-то в его конструкции вызывает такие звуки. В общем, не лишним будет проверить.
– Или, может, в стенах живет плесень, которая вызывает галлюцинации, – предположила Яна.
– Одинаковые у всех? – Марк скептически поднял бровь.
– Любая версия хороша, если имеет логичное объяснение.
Марк пообещал держать ее в курсе того, что скажет специалист, и вышел из магазина, махнув на прощание рукой.
Буквально через пять минут после его ухода дверь снова открылась и на пороге появилась Лика. Ее выписали из больницы всего два дня назад и настоятельно рекомендовали больше отдыхать. Вадим к совету врачей отнесся крайне серьезно и собрался на месяц увезти супругу к теплому морю. Перед отъездом ему необходимо было решить несколько рабочих вопросов, поэтому он нехотя оставил жену в одиночестве, а она, пользуясь случаем, едва его машина отъехала от дома, прыгнула в такси и примчалась в магазин к Яне.
– Ты совсем себя не бережешь! – с порога набросилась та на подругу.
– Да успокойся, я здорова, как лошадь, – отмахнулась Лика. – А вот ты выглядишь не очень, – сказала она, рассматривая бледное лицо подруги.