– Что с ней случилось?
Елена Львовна отвернулась от картины и подошла к окну. Глядя на залитую солнцем улицу, она буднично произнесла:
– Она умерла. От несчастной любви.
– Что? Там? В моей комнате?
– Яна, я не хочу вас пугать. Это было очень давно, но до сих пор воспоминания причиняют мне нестерпимую боль. Симона была моим другом, я любила ее как сестру. И всю свою жизнь я задаюсь вопросом: могла бы я предотвратить произошедшую трагедию?
В голосе женщины послышались слезы, Яна подошла и положила руку ей на плечо:
– Простите, не хотела вас расстроить.
Елена Львовна молча кивнула и промокнула глаза кружевным платком, который изящным движением извлекла из рукава блузки.
– Яна, вам важно знать одно: Симона была прекрасным человеком и никогда никому не причинила бы зла. Верите мне?
Яна кивнула, хотя сильно сомневалась в словах женщины. Синяки на ее шее красноречиво свидетельствовали об обратном.
Больше ничего разузнать о Симоне не удалось. Елена Львовна снова пустилась в рассказы о своих многочисленных гастролях, феерических выступлениях и толпах поклонников. Яна делала вид, что слушает с интересом, но мысли ее были где-то далеко.
Вернувшись к себе, она заперлась на все замки и прислонилась спиной к двери. Обводя взглядом свое жилище, Яна размышляла, где именно могла свести счеты с жизнью бедная Симона. В том, что она покончила с собой, Яна не сомневалась: молодая девушка и несчастная любовь – довольно распространенный сюжет. Но вот разбираться с этим совершенно не хотелось, а хотелось быстро собрать свои вещи и бежать, не оглядываясь, но, к сожалению, осуществить это было невозможно по одной простой причине: бежать ей некуда. Денег на карте оставалось катастрофически мало, а возвращаться к матери не было ни малейшего желания – здесь призрак ее преследовал исключительно по ночам, а от собутыльников матери покоя не будет круглые сутки. Придется все же остаться и разобраться, чего от нее хочет беспокойная душа.
Информации было катастрофически мало: на данный момент Яна знала лишь то, что Симона умерла и теперь просит ее освободить. Но как это сделать? Не было ни малейшей зацепки.
Яна просидела за компьютером до глубокой ночи, пока глаза не стали слипаться. Только тогда она заставила себя лечь в кровать, но свет выключать не стала.
Сон наступил неожиданно и так же неожиданно прервался. Яна открыла глаза, в комнате было темно. Она потянулась к выключателю, но ничего не произошло, наверное, свет отключили во всем доме. Из темноты доносились всхлипы, словно кто-то пытался сдержать рыдания, но они все равно рвались наружу. Яна нащупала под подушкой телефон, включила фонарик и чуть не закричала от ужаса – скорчившись в неудобной позе и прислонившись головой к изножью кровати, сидела девушка. Заметив направленный на нее луч света, она подняла на Яну заплаканное лицо и одними губами прошептала: «Помоги мне».
Оцепенение спало мгновенно. Яна выпрыгнула из постели и опрометью бросилась прочь из квартиры. В спешке открывая замки, она боялась, что вот-вот ее коснется призрачная рука, ледяные пальцы сомкнутся вокруг шеи, и она останется здесь навсегда вместе с этой трагически погибшей девушкой, будет так же бродить по коридорам в поисках чего-то утраченного. Яна выскочила в подъезд и бросилась вниз по лестнице, перепрыгивая через две ступеньки, но, уже открывая дверь подъезда, вдруг осознала, что выбежала из квартиры босиком и в одной пижаме. Ни ключей, ни телефона у нее не было, поэтому если она сейчас выйдет на улицу, то обратно попасть не получится до самого утра, пока кто-нибудь из жильцов не откроет дверь. Яна сделала шаг назад и прислушалась. В подъезде стояла тишина, ее никто не преследовал. Осторожно, стараясь не производить лишнего шума, Яна начала подниматься обратно. Дверь в квартиру была приоткрыта, никаких звуков изнутри не доносилось. Девушка протянула руку, чтобы открыть дверь пошире, но та с шумом захлопнулась, едва она успела ее коснуться. А следом раздался стук. Он был оглушительным, гораздо громче, чем в тот первый раз, когда она думала, что это шумят соседи. От каждого удара дом сотрясался, с потолка начала сыпаться штукатурка, по стене расползалась трещина, с каждым новым ударом становясь все шире и шире. Яна начала отступать, под ногами позвякивали плитки пола, раскалываясь на мелкие кусочки. Острые осколки впивались в босые ноги, но Яна продолжала пятиться все дальше и дальше, пока внезапно горло не сдавило стальным обручем и стало трудно дышать. Яна отчаянно пыталась сделать хоть один вдох, по щекам текли слезы. Она с ужасом осознала, что это конец. Ей не сбежать и не спастись. Легкие горели, в голове пульсировала боль, а зрение затуманилось. Уже готовая провалиться в темноту, она внезапно сбоку от себя уловила какое-то движение, и чья-то сильная рука схватила ее и потащила в сторону, выдергивая из небытия. Яна снова могла дышать, и это дало ей возможность сопротивляться, сражаться с невидимым противником. Слева от нее с грохотом обвалился лестничный пролет. Она покачнулась, и сквозь шум ей послышался чей-то голос. Он казался знакомым и настойчиво звал ее по имени.