Это был Хадиуль. Тем самым морозным февральским днем они встретились первый раз, когда к дому, где поселились участники экспедиции, подъехали оленьи нарты. В дверь вошел пожилой тунгус в одежде из оленьих шкур и в унтах отделанных собачьим мехом. На лице у него были татуировки.
Он стал разговаривать с начальником экспедиции Антоновым, и сказал что его зовут Хадиуль, и что у него сильно болен его маленький внук, шаман его вылечить не может, а у них, говорят, есть лекарь...
Они добрались до стойбища Хадиуля где-то за час езды. Они - это Хадиуль, Владислав Данутович, который поехал в качестве охранника, и он, Юрий Баркалов, врач. Осмотрев мальчика, Баркалов понял, что у него тяжелая форма пневмонии и еще день, от силы два, и мальчуган не выживет, поэтому необходимо срочно отвезти его в Ванавару, там он сможет вылечить ребенка. Все это он как мог объяснил его деду - Хадиулю. Под женский вой мальчишку, которого звали Гудейкон, собрали, погрузили в нарты и Хадиуль привез его в избу к доктору.
Мальчишка находился между жизнью и смертью, но уколы, лекарства и отвары, уход и бессонные ночи Юры Баркалова, проведенные у постели больного, были не напрасны. Гудейкон поправился и уехал с дедом назад в стойбище.
А когда закончилась зима, тайга стала проходимой и экспедиция стала собираться в дорогу, Хадиуль появился снова.
Он стоял около избы и, дождавшись, когда Баркалов вышел, отозвал его в сторону. На ломаном русском языке он просил его поехать с ним в стойбище. Там он расскажет ему о том, что случилось в тот день, когда земля тряслась и горела. Но только ему одному.
И вот они уже ехали по тайге: впереди Хадиуль, верхом на олене, а сзади они, Баркалов с Данутовичем, на подводе с лошадью. Путь был известен, Данутович слегка постегивал лошадку и тихонько что-то напевал. Внешне это был высокий полноватый мужчина, белесый, с широко расставленными серыми, флегматичными глазами.
В стойбище Юрия Баркалова встретили с большими почестями. Данутович остался на полянке рядом с костровищем, а Баркалов и Хадиуль зашли в чум.
Хадиуль вытащил из заднего угла чума кожаный мешок, расшитый бисером, достал из него кусок жерди с нанесенным на ней рисунком, и передал ее Баркалову. Затем закурил трубку и начал рассказывать.
Он говорил на ломанном русском языке, говорил языком и образами почти первобытного человека, и Баркалов для себя мысленно перекладывал нить разговора на русский язык...
Хадиуль ушел на охоту за пушным зверем. Он всегда уходил очень далеко от родного стойбища. Уже темнело и надо было устраиваться на ночлег, но ночевать на земле одному было опасно. Он залез на раскидистое старое дерево, уселся на широкую ветку спиной к стволу, и как можно крепче привязал себя, а потом заснул.
Он проснулся ближе к рассвету от того, что он почувствовал жар, как будто на его теле горит одежда. Уши до боли сдавило, он перестал слышать. В небе прямо над ним висело огромное темное облако, которое все переливалось разноцветными огнями.
Вдруг облако стало раскрываться и превращаться в огромный колючий цветок, глаза у Хадиуля стали слезиться, но он все же рассмотрел спускающегося на землю то ли человека, то ли животное. Спустившись, тот как будто что-то положил на землю, и стал быстро подниматься вверх. Хадиуль поднял лицо и увидел, как из этого цветка посыпалось огромное количество блестящих семян.
Эти семена взрывались в воздухе и сплетались в огромную переливающуюся сеть, которая накрывала местность, где находился он. В глаза ударил ослепительный белый свет, настолько яркий, что на мгновение Хадиуль совсем перестал видеть, а когда зрение к нему вернулось, то он увидел, что это облако значительно удалилось, а затем оно исчезло и показалось совсем вдалеке. А дальше он услышал хлопок сильнейшего взрыва, и увидел перед собой огромное пылающее солнце. Это было всё.
Гнев Тунгусского бога
Хадиуль понял что боги оставили его в живых, когда очнулся погребенный под толщей земли, вперемешку со сломанными ветвями деревьев. Все тело его нестерпимо болело.
Барахтаясь ногами, руками, помогая себе охотничьим ножом, он смог вылезти из этого месива. С трудом встав на ноги, он огляделся: вокруг валялись поваленные, вырванные с корнем деревья, сорванные пласты земли. Он чудом остался жив, только потому, что дерево на котором он находился, упало, не придавив его, а наоборот защитив своими ветвями.
В воздухе стоял страшный запах горящий тайги, было сумрачно. Внезапно пошел сильный холодный дождь, Хадиуль поднял голову к небу и увидел, как блестящая сетка, сачком накрывавшая все в пределах его зрения, растворяется, проливаясь на землю ливневым дождем.