На стене, той, что напротив двери, за столом графа между открытых окон покачивался большой, во всю высоту помещения, флаг. Он выглядел очень старым, антикварным, а может, всего лишь молил о стирке. Цвет стяга уникальный, что-то среднее между сиреневым и бордовым, жуткая смесь. На нем, в верхней его части, красовался герб. Родовой герб графа – широкий щит. На нем овальной формы синее пятно, озеро или пруд, это в верхней части. В нижней колосок, и какое-то мелкое животное, ни дать ни взять, крыса.
Вот собственно и все. Больше и разглядывать было нечего, хотя, вру. Еще диван был, позади нас и чуточку левее, на него ковер наброшен или со стены свалился…
К тому времени, когда я вдоволь налюбовался непритязательным интерьером, графу надоело нас игнорировать. Он медленно повернулся. Смерил взглядом одного, другого. Пробуравил глазами кузнеца, задержал взгляд на мне, поднял пистоль, прицелился.
– Паф! Страшно? Вот и правильно, боятся свой барин!
Он встал, подошел ближе, размахивая пистолетом, пригляделся внимательнее ко мне, громко засмеялся. Через несколько секунд снова стал серьезным и сказал:
– Тебе, как по-вашему, к лицо! Наверное, я приказать, бить тебя постоянно, чтоб не сходить! А я тебя друзья показывать. Пусть смотреть и любоваться мой красота!
Он резко повернулся к кузнецу и в упор посмотрел на него. Тот хоть и был на целую голову выше барина, весь сжался, скукожился, голову втянул в плечи, даже дышать перестал, только посапывал, тихо-тихо, еле различимо.
Послышалось шипенье графа:
– Ты хотеть в Сибирь?
Тот промолчал, только сильнее втянул голову.
– Думаю, не хотеть! И правильно, я слышать, там холодно! Тогда сказать мне, что с тобой делать? Может пристрелить, – он поднял пистоль и нацелил его в голову кузнецу. – Нет, не интересно. Может друзья собирать, и охоту устраивать? Все мы на весь ты. Идея!
– Так я ведь не буду… – пробормотал кузнец.
– Точно! Тогда точно не буду! Хотя нет. Кто кроме ты, будет ему красота наводить, – он громко засмеялся и тут же снова вернул серьезность на лицо. – Нет. Пока не буду. Добрый я сегодня. Вот видеть, пистоль подарили – красота, правда?
Словно по команде мы дружно закивали головами.
– Дорогой вещь, только не стрелять. Что-то в нем сломаться. Сможешь сделать?
Не поднимая головы, кузнец взял пистолет и энергично закивал.
– Хорошо. Идти и на глаза не попадаться, пока не сделать!
Схватив пистоль, кузнец так быстро выскочил за дверь, что даже полы барского сюртука качнулись.
– Теперь ты, – он ткнул пальцем мне в грудь и вот гад, попал просто в то место, куда ранее угодил кончик батога, я заскрипел зубами. – Бежать на место. И чтоб сегодня все сделать! Сегодня, раньше вечер! Завтра дочь приезжать, все быть готовым!
Я уже собирался идти, надеясь на месте разобраться, что именно должно «быть готовым», но он меня остановил:
– И смотреть мне. Дочь из сама Сорбонна приезжать. Не дай бог, хоть что со список нет! Сам мне за час Гомер написать. И еще, чтобы помнить, посмотреть на нее, так, как мне не нравится – убивать! Пробовать заговорить – убивать! Не дай бог она на тебя пожаловаться – убивать! – он замолчал, пожал плечами и продолжил: – Может тебя сразу убивать? Чего ждать? – он засмеялся и сквозь смех добавил: – Быстро с глаз!
Я вылетел из кабинета еще быстрее, чем до меня это сделал кузнец (конечно, если такое возможно). Даже не успел и подумать, как смогу вернуться, ведь я понятия не имел, где находилась моя комнатка с полукруглым окном, как столкнулся на ступеньках с виновником всех моих бед. Тот затаился этажом ниже и поджидал меня, спрятавшись за колонной. Услышав мои шаги, он вышел из своего укрытия и виновато спросил:
– Ну, это, как там, нормально?
– Лучше не бывает, – ответил я, демонстративно касаясь заметно округлившейся шишки. – Просто отлично…
– Так извини, я же не со зла. Страх как его ирода, – он показал пальцем вверх и испуганно оглянулся, – боюсь!
– Да ладно, чего уж там, забыли. Только ты будь добр проводи меня, а то боюсь сам не дойду.
– Вот это прямо-таки запросто. Даже с удовольствием. Только давай здесь под стеночкой пройдем. Кто знает, что у него в голове, вдруг именно сейчас вниз смотрит! Не будем искать неприятностей…
Свои стены всегда помогают, даже если они не такие уж и свои. Я вернулся в знакомую мне каморку, которая, как оказалось, находилась в том же здании, что и апартаменты графа, только вход был с противоположной стороны. Еще раз выслушал вздохи и извинения кузнеца, еще раз великодушно его простил. Видно же – он человек хороший, не надо на него зла держать! Времена просто такие.