Минуя столь очевидные достопримечательности, дорога спускалась ниже к реке и забирала чуточку правее. Я последовал за ней и вскорости увидел то строение, которое так занимало мысли моего товарища – здание старой мельницы.
И вправду сооружение примечательное. Эффектно смотрится оно на фоне утопающего в зелени садов частного сектора.
Высокое здание, одно, одинокое. Четыре этажа. Будучи практически квадратным в основании, оно казалось башней, оборонительным сооружением, заброшенным чьей-то прихотью в центр степной зоны. Узкие окошка, почти бойницы, подчеркивали первое, оборонно-военное впечатление. В ту же сторону склонял мысли и красновато-коричневый оттенок стен, надо же, как-то услышав о мельнице, да еще и о старой мельнице, я представлял себе несколько другое сооружение…
Да, и еще, помнится, он постоянно говорил о камне, но я видел лишь свежую кирпичную кладку. Правда, подъехав поближе, я все понял, кирпич был уже современным, это наследили реставраторы, а на сохранившемся в первозданном виде первом этаже можно было увидеть и тщательно подогнанные камни. Да и выше местами проступала оригинальная кладка, на верхних этажах, там, куда не успели добраться ремонтники.
Чем ближе я подъезжал, тем любопытнее выглядело здание. Башня уже перестала быть просто башней, в моем воображении она превратилась в цитадель. Сердце, одинокое укрепленное сооружение, последний рубеж обороны практически прекратившей свое существование крепости. Окружена она петляющей рекой, омыта ней, как будто рукотворным рвом. Даже заросли, настоящие джунгли, густые, непроходимые, смотрелись вполне логичным украшением замковой территории. Будто деревья, большей частью клен и желтая акация, росли на территории некогда окруженной крепостной стеной, а теперь, с разрушением ограды, были выпущены на свободу. Стоит еще чуточку дать волю воображению и можно будет разглядеть последних защитников крепости, притаившихся за толстыми ее стенами. Ждут они, не утратившие веру в победу. Готовы, подпустив неприятеля поближе, обрушить на его голову шквал огня. Не сдадутся они, будут сражаться до самого конца, каким бы он ни был…
Но так было лишь минуту. Исчезла крепость, испарилась цитадель, превратилась она в то, чем и была на самом деле – в руины, живописные, эффектные, но все-таки руины. Да и не было никогда там никаких бойниц, воинов не было. Скрытые за толстыми стенами, работали двигатели, паровые, мощные, вертелись механизмы, изрыгали пламя печи. Люди трудились, а теперь… Я задумался: «А вообще, существует ли возможность подойти к строению, рассмотреть его поближе или это уже из разряда фантастики?».
За мостом почти впритык к зданию пристроилась заправка, очень даже кстати. Подъеду, осмотрюсь, заправлюсь.
Я отогнал машину от колонки и с видом любопытного туриста шагнул в сторону мельницы. Немного удивился, когда заметил еле различимую тропку, виляющую среди кустов. Поддался соблазну последовать за ней.
Тропинка весело извивалась, обходила толстые деревья и расталкивала молодую поросль. Я почувствовал себя исследователем. Можно было бы сказать – первооткрывателем, но разве я первый, нет, конечно, ведь кто-то дорожку эту протоптал! И он же обнаружил те обломки, которые мне попались по пути. Это уже из более обозримого прошлого, то ли останки кафе, то ли магазина: несколько столбиков сложенных из кирпича, на них конструкция, целиком сваренная из массивных угольников, даже странно, столько железа ржавеет, а ни у кого руки не доходят доломать, раскурочить, сдать, пропить…
Сразу за ржавым каркасом, стоило пройти с десяток метров, меня поприветствовала небольшая живописная полянка, очень похожая на ту, рассказ о которой я слышал в поезде. Давно же это было! Живописное место, одно из тех, что просто созданы для отдыха, все там есть, и ничего более не нужно.
Прошел еще дальше, под ногами след пепелища – отпечаток костра, еле заметный, наверняка старый. Теперь и вовсе все совпало, то, что я слышал и то, что видели глаза. Все подпадало под описание, даже деревья, которые кроной закрывали небо, делая полянку естественной природной беседкой. «Тогда, – подумал я, – на другой стороне, за рекой, должен виднеться и его дом, тот, что с белыми стенами». Казалось, такие неопределенные приметы, да и времени столько сплыло. А ведь нет! Вон он! Я отчетливо видел тот самый дом, там, на противоположной стороне. Действительно он, ведь виден из этого места только один, маленький, белеющий стенами.
Дальше я не пошел. Зачем? Любоваться красотами? Не стоило оно того. Я ведь приехал совсем по другому поводу. Все что надо было выяснить, я выяснил. Теперь можно ехать, благо, я знаю куда! На удивление быстро удалось набросать карту. В уме, это воображение постаралось, что тут сказать, да и от него изредка бывает польза!