Это был монастырь. Тот самый «мой» монастырь во всей красе!
Непостижимо, как древний мастер, имея в своем распоряжении всего два цвета: черный и белый, смог так реалистично отобразить лишенное излишеств великолепие древней архитектуры! Безусловно, монастырь был изображен в период своего истинного величия. Большое, просто огромное по тем временам здание, увенчанное куполом. Под ним угадывается колокольня, даже колокол можно разглядеть, огромный, под стать зданию. Крепкая, внушающая почтение стена. Две башенки обозначали въезд. Все пространство вокруг поросло дубами. Такими же величественными, такими же надежными. Твердыня, просто крепость божья! Совсем как та, из моих видений…
От наблюдений, которые грозили перерасти в воспоминания, меня оторвал отец Алексий. Оказалось, он уже несколько минут тряс меня за плечо:
– Живой? Вот и хорошо. Вижу, понравилась картинка. Нашлась случайно на чердаке у одной старушки. Долго не могли понять, что это. Что изображено, кто мастер…
Откуда-то из пустоты он извлек графин и налил стакан воды.
– Вот, выпей. Видно здорово тебя монастырь наш задел. Честно говоря, напугал ты меня не на шутку. Да-да! Не видел ты своего лица. Но, похоже, теперь лучше. Да, вижу, вот и румянец уже пробивается.
Глава тринадцатая
Автобус остановился просто посреди степи. Дверь открылась. С легким недоумением во взгляде я посмотрел на водителя, тот утвердительно кивнул. Я кивнул в ответ, добавил к кивку: «Спасибо!» и спрыгнул на пыльную обочину. Автобус покатил дальше, я растерянно огляделся.
Будто желая разнообразить яркий, но не отличающийся обилием красок пейзаж, в нескольких метрах позади меня блеснул тыльной стороной дорожный указатель. Это все-таки информация. Я подошел ближе, обошел вокруг бетонного столбика, поднял голову, довольный кивнул. На изрядно исцарапанной табличке виднелась стрелка, над которой, лишенная чуть не половины букв, красовалась надпись «Спасовка 9 км». Именно то, что и было мне нужно.
Порядок. Я лишний раз напомнил себе о том, что никуда не спешу и медленно обернулся, всматриваясь в каждую деталь удивительного степного пейзажа. То, что видели глаза, мне действительно нравилось. Симпатичная местность. Степь вокруг. Широкие поля с обеих сторон узкой полоски асфальтированной дороги. Простилались они до самой линии горизонта, только вдалеке перерезались ровными поясками лесополос. Прямые ряды высаженных деревьев, делящих на прямоугольники золото полей, радовали взор и поднимали настроение. Но, стоит заметить, более всего радовало то, что часы показывали лишь восемь утра, а солнце еще не успело как следует раскалить приятный и даже чуточку прохладный утренний воздух.
На всякий случай я еще раз взглянул на указатель, на стрелку, проследил за ее направлением. Лишь теперь заметил грунтовую дорогу, черную ленту, петляющую среди полей, исчезающую вдалеке за холмом. Промелькнула не лишенная прозаичной грусти мысль: «А ведь никто меня не подвезет. Придется самому топать все эти 9 км». «Но ведь это всего лишь девять километров!» – весело ответил я своей грустной мысли, улыбнулся ей и шагнул в ту сторону, куда направляла меня стрелка указателя.
Думаю, ты хочешь спросить, что это за Спасовка, и зачем она мне нужна? Нет? Как это нет! Не могу поверить. Но даже если и так, расскажу, все равно расскажу, всенепременно расскажу! Ведь это не может тебя не интересовать…
Честно говоря, еще пару дней назад я о ней и не слышал. О Спасовке этой. Зато сейчас много чего о ней знаю. Так что слушай – Спасовка, это маленькое село, которое не на каждой даже очень подробной карте найдешь. Село с очень длинной и не очень счастливой историей. Собственно, как и многие другие села. Спросишь, зачем мне туда идти? Хочется верить что надо, очень хочется…
Ну, а если подробнее да понятнее, то направил меня в эту самую Спасовку отец Алексий. В этом самом селе, точнее, в непосредственной близости от него, еще много сотен лет назад был основан один из тех монастырей, которые являли собой опору христианской веры всей центральной в ту пору Малороссии. Монастырь этот существовал, более того, действовал и по сей день. Безусловно, для него, как и для большей части культовых сооружений нашей страны, двадцатый век был не лучшей вехой в истории. Правда, в определенном смысле Спасовскому монастырю повезло. Еще бы, ведь его не сравняли с землей, в его просторных помещениях не разместили склады, амбары, или что еще похуже. Наоборот, сразу после Октябрьской революции его каким-то дивом признали памятником архитектуры, строения объявили охраняемым объектом, благодаря чему он и поныне довольно-таки неплохо сохранился.