Валерон распластался на льду, опустив морду совсем близко к воде.
— Зоной не пахнет, — внезапно заявил он. — Но и жизнью тоже. Ничего, заселится еще.
— Может, там что-то выжило…
— Шутишь? Даже я не могу питаться тем, что добывается в зоне. Без алхимической обработки, разумеется. Кто бы стал обрабатывать что для рыбок? Сдохли все рыбы за это время. Нет, ты, конечно, можешь порыбачить. Вдруг кто выжил, но я сомневаюсь. Кто сам не подох, того схарчили твари. И, как я уже сказал, от воды жизнью вообще не пахнет. Эх, зря ты заморозку не выучил.
Переход меня удивил.
— При чем тут заморозка?
— Как при чем? Укрепил бы лед под собой, а потом заморозил дыры. Никто бы и не понял, что здесь ковырялись.
Веревку я перестал стравливать, так как по ощущениям ведро достигло дна, а дно было здесь довольно глубоко. Ходить по льду туда-обратно я не планировал, чтобы не рушить шаткое равновесие. Потому и решено было использовать одномоментно только один артефакт. Оставалось ждать, потом вытаскивать и проверять.
Наташа с Митей стояли на берегу, хотя я и предлагал им засесть в палатке, но то ли переживали за нас с Валероном, то ли хотели сразу узнать, попадет ли что в опускаемое ведро.
Времени прошло достаточно и я, прекратив отрабатывать Вихрь, потянул ведро вверх. По ощущениям, оно прилично потяжелело, но не факт, что исключительно за счет нужных нам кристаллов. Наконец, ведро показалось из полыньи, заполненное на три четверти. Что я мог сказать? Кристаллы там тоже были. Точнее, там их было много, но и постороннего мусора хватало.
— Митя, гони сюда, — первым сориентировался Валерон. — С ведром гони. Будешь на берегу сортировать.
Я высыпал в притащенное пауком ведро содержимое ведра поднятого и опять забросил то, что с веревкой. Благодаря артефактной нашлепке ведро уже было достаточно тяжелым и погружалось, стоило его опустить в воду.
Митя ушуршал с заполненным ведром к берегу, где они с Наташей принялись разбирать содержимое по двум обычным контейнерам. Мусора было предостаточно, но все же я видел, что и кристаллов хватало. В эту лунку я опускал еще трижды, причем в последний раз в ведре уже ничего не было, даже мусора.
Я заменил заклинание в артефакте, которое как раз достигло у меня двадцать второго уровня, и мы с Валероном отправились к следующей точке. Занятие было муторным. Из развлечений — только прокачка Вихря и болтовня с помощником. По поводу изучения заклинания заморозки я действительно задумался, потому что это не последнее княжество, где придется восстанавливать реликвию. Поскольку это опять, скорее всего, случится зимой, то умение подмораживать под собой лед — бесценно. Эх, не взял бы Последнюю каплю — точно бы открыл справочник и выучил. Слишком тонкий лед был под ногами, приходилось двигаться медленно и осторожно. Лишнее укрепление не помешало бы.
Озеро было самым большим из расположенных на территории Куликовского княжества, чистили мы его в результате два дня, еще один день с половиной ушел на второе, а уж потом мы выдвинулись к Мятному, где первый раз встретили следы конкурентов. Не у самого озера, а по дороге к нему. Явно артельщики, двигавшиеся не по общей лыжне, а параллельным курсом, чтобы охватить как можно большую площадь и просмотреть снег на предмет кристаллов и останков. Вовремя мы все собрали.
Осторожность и внимательность мы утроили: озеро совсем близко к Дугарску, а где одна артель, там и другие. Лунки в этот раз я делал на расстоянии побольше, потому что Вихрь довел до двадцать восьмого уровня. У него увеличилась как скорость, так и покрываемый объем. Он продолжал расти, хотя делал это намного медленнее, чем на первых уровнях. Валерон отправился проверять окрестности, а я запустил ведро с артефактом первый раз.
Вытащил через десять минут, а можно было и пораньше: ведро оказалось забитым доверху. По отработанной схеме я пересыпал содержимое в Митино ведро, и они с Наташей опять принялись сортировать, поскольку я так и не сделал настройку под конкретные предметы. Но лучше уж забирать со дна больше, чем оставлять там нужное.
В этот раз пришлось работать без собеседника: Валерон постоянно прочесывал территорию, поэтому был не расположен болтать. Нет, парой слов при его появлении мы перебрасывались, но скорее потому, что он хотел показать, что бдит, а не прикорнул где-то под кустом. В том, что последнего быть не может, я был уверен: помощник слишком любил комфорт, спать на снегу для него — дело немыслимое. Кроме того, при всех несерьезных размерах, помощник в вопросах безопасности был очень и очень ответственным. Даже предложил Мите не выбрасывать отходы на берег, а относить в опустошенную лунку и высыпать туда, чем механический паук и ответственно занялся.